В половине квартала от них на улице неподвижно стояло такси.

28

Бэррон взял микрофон рации.

– Рыжий, это Бэррон. Такси…

– Я вижу.

Машина Рыжего затормозила за ними. Еще через мгновение другие патрульные машины заблокировали выезд с улицы. Взглянув в зеркало заднего вида, Джон увидел, как позади них остановились машины со снайперами. Дверцы распахнулись, и оттуда выскочили четверо в бронежилетах и с винтовками. Из машины Рыжего вышли сам Макклэтчи и Полчак, сжимая в руках пистолеты и не сводя глаз со стоящего такси. К ним присоединился Вальпараисо со своим знаменитым двенадцатизарядным боевым дробовиком.

Бэррон и Хэллидей тоже покинули автомобиль с «береттами» наготове. Над их головами гудел вертолет. Подъезжали все новые и новые патрульные машины.

– «Воздух‑четырнадцать», что видите? – Рыжий поднес микрофон рации к губам.

– То же самое, что и вы.

Арнольд Макклэтчи вернулся к машине, взял громкоговоритель и загрохотал на всю округу:

– Реймонд! Откройте дверь и выбросьте свое оружие на мостовую!

Бэррон и Хэллидей подались чуть вперед, готовые открыть огонь при первой необходимости. Сзади них и по бокам снайперы занимали наиболее удобные позиции для стрельбы.

Вальпараисо встал на колено у переднего бампера автомобиля Рыжего, держа дробовик обеими руками.

– Ну, мерзавец, сейчас отправишься прямиком в ад! – шептал он себе под нос.

Однако шли секунды, а ничего не происходило. Такси оставалось на прежнем месте – закрытые дверцы, поднятые стекла, на которых также ожесточенно плясали отблески солнечных лучей, не позволяя видеть, что творится в салоне.

– Реймонд, откройте дверь и бросьте оружие на мостовую! – снова прогрохотал через громкоговоритель Рыжий.

И опять – ничего. Но вдруг водительское окно немного опустилось, открывая лицо юной заложницы.

– Мама! Мама! Мама! – изо всех сил закричала она. А затем девушка исчезла, и стекло поползло вверх.

– Вот дерьмо! – Вальпараисо пододвинулся ближе к Макклэтчи.

Неожиданно настежь распахнулась дверь дома, напротив которого стояло такси, и оттуда выскочила толстая негритянка в джинсах и тесном топе. Она кинулась прямиком к такси, завывая на бегу:

– Дочка! Доченька моя‑а‑а…

– Господи! – воскликнул Бэррон и бросился к ним.

– Иисусе! – Рыжий тоже побежал вперед.

Полчак, Вальпараисо, Хэллидей мчались, выставив перед собой оружие.

Водительская дверца такси стала приоткрываться. Джон немедленно бросился на негритянку и повалил ее на поросшую травой лужайку. Рыжий рванул на себя водительскую дверь, сунул в салон «смит‑вессон» и дико заорал:

– Замри! Не двигайся!

Девочка завизжала и задом поползла вглубь машины, подальше от пистолета Рыжего. Тут же за ее спиной распахнулась дверь, и в нее всунулся тупорылый ствол дробовика. Вальпараисо был готов без раздумий отправить Реймонда к праотцам. Но единственным, чего он добился, стал еще один отчаянный вопль Дарлвин, которая поползла обратно, под ствол пистолета Рыжего. Затем в открывшуюся заднюю левую дверь влезли голова и «беретта» Полчака, а в правую – Хэллидей со своей пушкой.

Реймонда в машине не было, только рыдающая и визжавшая заложница.

Рыжий направился к негритянке, но толстуха оттолкнула его и бросилась к машине. Вскоре мать и дочь уже обнимались и рыдали в унисон.

– Убери их отсюда! – рявкнул Арнольд.