|
Бэррон по собственной инициативе послал еще два запроса в разные адреса. Первый – специальному агенту ФБР Питу Нунану, своему давнишнему приятелю и партнеру по теннисному корту Ассоциации молодых христиан Голливуда, где они частенько играли. Он попросил Пита проверить электронное досье ФБР на преступников, находящихся в розыске, в надежде на то, что приметы Реймонда отвечают описанию кого‑нибудь из них. Второй, еще более пространный запрос он направил в вашингтонское отделение Интерпола. К обоим запросам прилагались фотография и отпечатки пальцев Реймонда. Результатов, увы, пока не было, а преступник тем временем находился где‑то в Лос‑Анджелесе, и найти его не представлялось никакой возможности.
Спустив воду в писсуаре, Бэррон направился к раковине, чтобы помыть руки. Несмотря на то что он публично бросил Реймонду вызов, несмотря на его собственное отчаянное желание поскорее сбежать из бригады и из Лос‑Анджелеса, внутри него бушевали и другие чувства. Во‑первых, Реймонда нужно было обезвредить, пока он снова не пролил чью‑либо кровь. Во‑вторых, если первыми на него выйдут члены бригады 5–2, а не любой другой полицейский, сразу же после ареста убийцу отвезут в тихое место и пристрелят как собаку. А ему снова придется находиться там и присутствовать при расправе. Но… преступник действовал настолько варварски и жестоко, что его убийство, которое положит конец его зверствам, начинало казаться вполне оправданным, даже праведным поступком. Эта мысль мучила Бэррона, была невыносима для него, поскольку шла вразрез с его нравственными принципами. Нет, этого он никогда не допустит! Он быстро вытер руки и толкнул дверь, стараясь переключить мысли на убитого парня в кустах. Как только ему это удалось, несколько частей головоломки сразу же встали на свои места. – Подождите! Я понял, черт возьми! – воскликнул он, повернувшись и глядя на Хэллидея и Вальпараисо. – Реймонд несколько раз выстрелил парню в лицо, чтобы сделать его неузнаваемым. А они наверняка были похожи, потому‑то он его и выбрал. Кроме того, у них примерно одинаковый рост, сложение, а парень к тому же был, видимо, не из бедных. Реймонд знал, что у него должны быть документы, наличные и, возможно, кредитки. Ему нужна была не только одежда, он хотел взять все, присвоить себе его личность. Джон вышел в коридор, залитый светом ламп дневного света, Хэллидей и Вальпараисо – следом за ним. – Нам надо искать парня с фиолетовыми волосами, который пытается выбраться из города, а то и из страны, причем хочет сделать это как можно скорее! Стоит нам выяснить личность убитого, как в следующую же минуту после того, как Реймонд предъявит водительское удостоверение или попытается воспользоваться кредитной карточкой, мы узнаем, где он находится.
38
Беверли‑Хиллз, 13.30 Реймонд быстрым шагом спускался по фешенебельной Брайтон‑уэй, проходя мимо многочисленных роскошных магазинов и бутиков. Мимо него проехал «роллс‑ройс», затем длинный, чуть ли не на полквартала, лимузин с тонированными стеклами. Наконец он оказался у цели: «ЮВЕЛИРНЫЕ ИЗДЕЛИЯ АЛЬФРЕДА НОЙСА». Перед входом в магазин стоял сияющий черный «мерседес», а рядом с гордым видом расхаживал шофер в черном костюме. Значит, Нойс задержался в магазине с каким‑то важным клиентом. Реймонд поправил на плече рюкзак, а затем, ощущая твердое прикосновение «беретты» к своему животу, потянул полированную медную ручку, и тяжелая дверь из красного дерева неохотно открылась. У него уже было заготовлено правдоподобное объяснение по поводу того, что могло понадобиться в столь дорогом магазине молодому парню в джинсах и бейсболке «Доджеров». Ноги Реймонда утонули в толстом ковре, за его спиной тихо закрылась дверь. Он поднял взгляд, ожидая увидеть Нойса, беседующего с богатым покупателем, приехавшим на «мерседесе», но вместо него увидел пышнотелую продавщицу в дорогом костюме и с идеальной прической. |
