13.15

Никого и ничего.

Реймонд перевел дыхание. Может, Нойс не может перейти дорогу из‑за автомобильной пробки? Или какие‑то проблемы возникли у него в магазине? Или он встретил на улице знакомого и остановился поболтать с ним?

13.16

По‑прежнему никого.

13.17

Ни звука. Ни одной живой души.

13.20

Да куда же он запропастился? Что он делает? Может, в город приехал какой‑нибудь его старый друг и он не смог отказаться от приглашения пообедать вместе? Может, авария или несчастный случай? Нет, нет и нет! В рабочее время Нойс занимался только работой и не стал бы стоять на улице и попусту трепать языком с кем бы то ни было. Несчастный случай, конечно, не исключен, но маловероятен. Ювелир был помешан на своем здоровье и четырежды посмотрел бы в разные стороны, прежде чем переходить улицу. Наверняка он и машину водил точно так же. Значит, что‑то задержало его в магазине и остается одно: отправляться туда самому, под любым предлогом оказаться наедине с Нойсом и выполнить свое намерение.

37

Паркер‑центр, 13.25

– Ладно, допустим, он убил мальчишку, чтобы забрать его одежду. Но зачем было стрелять ему в лицо в упор, да еще несколько раз?

– Может, он нервничал?

– А может, и по какой‑то другой причине.

– Значит, ты тоже полагаешь, что это был Реймонд.

– Да, я полагаю, это Реймонд. А ты думаешь иначе?

Бэррон, Хэллидей и Вальпараисо выстроились в ряд у писсуаров в мужском туалете, расположенном чуть дальше по коридору от офиса бригады. Они могли думать только об одном – о человеке, за которым, помимо них, гонялись сейчас все сотрудники управления полиции и которого не только не могли поймать, но даже ничего не знали. Реймонд по‑прежнему оставался для них призраком.

Специалисты паспортной службы Госдепартамента сканировали информационную магнитную ленту на паспорте Реймонда. Выяснилось – и эту информацию подтвердила служба иммиграции и натурализации, – что сам по себе паспорт не являлся фальшивым и был выписан паспортным столом Лос‑Анджелеса двумя годами раньше. В соответствии с имевшимися там записями Реймонд Оливер Торн, урожденный Ракоци Обуда Токоль, появился на свет в столице Венгрии Будапеште в 1969 году, а в 1987 году получил американское гражданство.

Проблема заключалась в другом: в архивах службы иммиграции и натурализации не оказалось ни единого документа о том, что человеку с таким именем когда‑либо предоставлялось гражданство США, хотя теоретически для получения американских документов Реймонд был обязан предоставить в паспортный стол официальный сертификат натурализации. Более того, по адресу, который он назвал в паспортном столе, находилась компания в Бербанке, предоставляющая в аренду почтовые ящики, а адрес, который он дал этой компании, чтобы зарегистрировать на себя почтовый ящик, и вовсе оказался фальшивым.

Теперь в руках у детективов оказался якобы настоящий паспорт, который не давал им никаких ниточек, разве что по нему можно было проследить последние перемещения его владельца. Из содержавшейся на магнитной полосе информации следовало, что в субботу, 9 марта, он прибыл в Даллас, штат Техас, из Мехико, куда, в свою очередь, прилетел из Сан‑Франциско в пятницу, 8 марта.

В управлении полиции Чикаго на Реймонда ничего не оказалось, отпечатками его пальцев там не располагали. Правда, оставалось еще двойное убийство в ателье и надежда на то, что результаты баллистической экспертизы «штурмругера», обнаруженного в сумке Реймонда, позволят выдвинуть против него обвинение в связи с этим преступлением.

Узнав об инциденте в Чикаго, детективы Макклэтчи разослали соответствующие запросы своим коллегам в Далласе, Мехико и Сан‑Франциско. Они просили их сообщить, не были ли совершены в их городах похожие преступления в те дни, когда там находился некто Реймонд Оливер Торн.