|
Ула Гуннарссон налил в бутылку бензин, до половины. Воронка и канистра переместились к следующей бутылке. Так они продолжали, разлив по бутылкам приблизительно десять литров бензина. Бенгт меж тем развернул старую простыню, которую прихватил из корзины с грязным бельем и бросил на поленницу. Теперь он ножом разрезал ее на одинаковые куски, тридцать штук по тридцать сантиметров. Свернул каждый в рулончик и воткнул в бутылки, из горлышка торчало совсем немного, как шляпка на гвозде. Потом они сообща составили бутылки в ящик на полу, одна вплотную к другой, чтобы не перевернулись. В маленький ящичек рядом положили десять зажигалок, каждому по две, на случай поломки.
Времени на все это ушло не очень много, до полудня оставалось еще несколько часов.
•
Фредрик сидел посреди зала суда. Сидел зажмурившись, хотел посмотреть по сторонам, но
Ларс Огестам (ЛО): Стеффанссон убил Бернта Лунда без малейшего сочувствия, не задумываясь о его жизни. Я не вижу никаких смягчающих обстоятельств касательно действий Стеффанссона и потому требую привлечь его к ответственности за совершение убийства и назначить ему наказание в виде пожизненного тюремного заключения.
не сумел. Это был пятый, и последний, день, он хотел вернуться в камеру и
Кристина Бьёрнссон (КБ): Фредрик Стеффанссон стоял у детского сада. Его действия должно рассматривать как необходимую оборону, потому что, не застрели он Бернта Лунда, тот бы изнасиловал и убил еще двух пятилетних девочек – нам даже удалось установить их имена.
помочиться в раковину, вот и всё. Зал полон, множество людей вокруг, и он среди них – до ужаса одинокий. Как в то Рождество, когда Агнес его бросила, за несколько недель до знакомства с Микаэлой. Он тогда забыл о днях, о времени, о тех, кто делал все обычные дела, и неожиданно оказался наедине с сочельником, хотел отбросить его и не мог, а в пять часов вечера, когда совсем стемнело, пошел в один из немногих открытых стокгольмских пабов и никогда не забудет тамошних людей, всеобщее одиночество, перед которым все сидели ссутулив спины. У него перехватило дыхание от этой горечи, и стало совсем невмоготу, когда начался «Сочельник с Карлом Бертилем Юнссоном» и телевизор в углу бара на полчаса сделался центром внимания, телепрограмма рассказывала как бы о них самих, они смеялись, и ненадолго стало уютно, потом вечер подошел к концу, еще одно пиво, еще одна сигарета, все разошлись по домам и квартирам, непроветренным, неприбранным. Фредрик глянул по сторонам. Как и тогда, он сидел среди чужих людей в какой‑то системе, которой не понимал, обманутый собственным будущим. Прокурор,
ЛО: Согласно главе третьей Уголовного кодекса, статья первая, лицо, которое лишает жизни другого человека, должно быть приговорено за тяжкое убийство к тюремному заключению на срок в десять лет или пожизненно требовавший пожизненного срока, и адвокат,
КБ: Согласно главе двадцать четвертой Уголовного кодекса, статья первая, абзац первый, деяние, совершенное лицом в состоянии самообороны, образует преступление, только если, учитывая характер преступного нападения, важность его объекта и обстоятельства в целом, оно явно неоправданно.
отстаивавшая необходимую оборону, и присяжные, которые, похоже, большей частью вообще не слушали, потом журналисты за его спиной, те, что писали и рисовали, но читать он не имел права и не знал, кто они и каковы их позиции, дальше за ними публика – любопытные, которых он возненавидел, которые с восторгом хлопали себя по коленям, ну как же, ведь они наяву, вблизи могут беспрепятственно таращиться на отца‑чья‑дочь‑была‑убита‑и‑который‑потом‑застрелил‑убийцу,
ЛО: Фредрик Стеффанссон в течение четырех дней планировал убийство Бернта Лунда. Таким образом, Стеффанссон располагал достаточным временем, чтобы одуматься. |
