Бандит молча улыбнулся наемнику. Тот умудрено кивнул головой, если выживет. От исполненных смысла переглядываний их отвлекло зрелище редкое, почти уникальное. Из своего подземелья вылез торговец.

Один из новичков, не догадавшийся, что видит перед собой пусть мелкое, но божество, недовольно пробурчал:

— А че этот дядька не помогал на уборке?

Епископ, слегка наклонившись вперед, дал ему хлесткий подзатыльник.

— Запомни этот момент, сынок. Ты видел торговца на свежем воздухе. Детям будешь рассказывать, если они у тебя будут, конечно.

— Интересно, что ему здесь надо? — протянул Кабан.

— Если вылез из подвала, значит дело на миллион. Сейчас узнаем, — ответил приятелю бывший бандит.

Торговец шел, как танцевал, два шага вперед, шаг назад. Видно было, что ему хочется плюнуть на все и метнутся обратно в знакомый сумрак родного подземелья.

— Эй, сталкеры, где Гончар?

— К железной дороге пошел.

Торговца перекосило. Печать раздумья легла на его чело. Епископ ласкового взял местного божка под локоток.

— Колись, тварь! Еще одного боя нам не пережить, даже с пулеметом.

— Тут и пушка не поможет.

Сталкер взял торговца за лацканы куртки и, встряхивая при каждом слове, прорычал:

— Ты во что ввязался?

Непривычное обращение дало надлежащий эффект. Спустя две минуты сбивчивой исповеди Епископ узнал, что через полчаса на дорогу сядет легкий самолет с чемоданом денег. Отдать надо партию товара редкого, который есть только у Гончара, а тот в нарушение всех договоренностей куда-то ушел, хотя должен был быть все время на месте.

— А веса в том товаре десять килограммов. И там два пакета «черного льда». Так?

Торговец сдавленно захрипел.

— Налетай, подешевело, — балагурил бывший бандит. — Сколько в чемодане денег? Как делить собирались?

— По полам. Три миллиона.

— Кто покупатель?

— Достойные люди.

— Я сейчас тебе в ухо дам.

Очевидно, ухо торговца обладало повышенной чувствительностью, и он предпочел ответить.

— Лучшее предложение по деньгам было семь миллионов, но это наркоторговцы из Харькова. У них давно поставок не было, скоро их клиенты начнут вены грызть. Не стал я с ними связываться, своя шкура дороже денег. Это ребята из ФБР. Бюджет у них немереный, они часто наркотики крупными партиями покупают. Это эффективнее, чем с улиц мелких поставщиков вылавливать.

— По полам не походит. У нас груз на двоих общий, — кивнул Епископ на Кабана. — Каждому по миллиону. Зато груз рядом, — и он указал на свой подвальчик.

Торговец преобразился на глазах. Несчастный растерянный человечек куда-то исчез, а уверенный в себе царь кордона властно скомандовал стоящему перед ним сталкеру.

— Ты что стоишь здесь как неживой, а ну тащи товар! Ты, — ткнул он пальцем в Кабана, — возьми щенков и охраняйте все кругом, чтоб мышь не пробежала. Хватит с нас на сегодня перестрелок.

Кабан, слышавший, о каких суммах идет речь и слегка растерянный, начал расставлять свою команду. Парнишку с автоматом на шее и ножом мясника за поясом он оставил при себе. А оставшуюся четверку, разбив попарно, направил в противоположные концы единственной улицы кордона.

Торговец подскочил к вылезшему из подвала Епископу. Кинув взгляд внутрь рюкзака, он убедился, что бывший бандит говорил чистую правду. На его кордоне впору было открывать биржу по торговле наркотиками, а он ничего не знал. Опечаленный этим фактом, он распорядился:

— Самолет встретить! Товар отдать! Деньги не пересчитывать! Мою долю занести в подвал! — и укатился в манящую темноту своего подземелья.