— Клянусь бессмертной душой Вечного Императора, что согласишься.

— Очень самоуверенно клясться таким. Как бы потом…

Недоговорив фразу, девушка застыла на полушаге. Потом плавно опустила ногу на ступеньку и, сделав самое удивлённое лицо, поинтересовалась.

— Что за Вечного Императора ты выдумал?

Попалась! Теперь я уверен, что это моя землячка, каким-то чудом перемещённая из иной Реальности. Осталось проверить ещё одну гипотезу.

— Дашуль, у меня фантазия хорошая, поэтому могу и не такое выдумать. Например, тебе бы подошло имя Миа. Правда, красиво звучит?

— Неожиданно, — криво усмехнулась она. — Сейчас не время и не место, но после занятий далеко не уходи.

— И ты постарайся не сбежать, красотуля. Оказывается, даже система Мироздания не такая уж и большая, раз снова встретились. А уж Российская империя вообще по сравнению с ней — пылинка. Найду везде.

— Не волнуйся, Родечка. Долго искать не придётся.

После этого Дарья резко высвободила свою руку и чуть ли не бегом скрылась в дверях Академии. Ну а я неторопливо пошёл следом, не зная толком, радоваться мне или печалиться от своей правоты.

Что примирение есаула и «училки» прошло гладко, понял сразу, как только в аудиторию вошла Анна Юльевна. Несмотря на то что профессор пыталась сделать серьёзный вид, лицо её просто светилось от счастья. Лёгкая припухлость под глазами говорила о бессонной ночи. Ну а воздушный шёлковый шарф на шее явно скрывал не укус упыря. Молодец Кудрявый! Расстарался на славу!

На перемене мои догадки получили подтверждение. Анна Юльевна жестом показала остаться в аудитории, Как только остальные студенты покинули её, сразу же начала с благодарностей.

— Родион! Спасибо!

— Да я чего?

— Не скромничай. Ванечка рассказал о вашем разговоре.

— И о ромашках? Кстати, как они поживают?

— При чём здесь ромашки? — удивилась она. — Нормально всё с ними, дома в вазе стоят.

— Ну и слава богу. А то Игнатьич всё за цветы переживал. Боялся неправильные выбрать.

— Да, он что-то там тоже бурчал про розы… Но уже после примирения. Забудь о них! Хочу сказать, что наша договорённость остаётся в силе. Уже сегодня я подам запрос дать тебе разрешение в секретный отдел библиотеки. Как раз скоро начинаю свои опыты для очередного научного труда, поэтому ни у кого подобное не вызовет подозрений.

— Всё по-честному? Приятно, — улыбнулся я. — Признаюсь, имел некоторые опасения, что кинете после того, как стану ненужным.

— Даже не думай о плохом. Ты теперь для меня не просто студент. Только не наглей от этого. Хорошо?

— Как получится.

— Ну, примерно такого ответа я и ожидала. Хотела попросить тебя ещё об одном одолжении. Феклистов Геннадий с кафедры…

— Он будет молчать, — перебил я, поняв, в чём проблема. — Уже вчера получил распоряжения на этот счёт.

— Совсем шикарно. Останься после лекции. Хочется с кем-то поделиться своими эмоциями, но никто больше не в курсе моей личной жизни.

— Извините, Анна Юльевна, но я должен отказать. Хватит мне и подробностей, что вывалит на мою бедную голову Кудрявый. Откровений от вас обоих я не перенесу. К тому же у меня запланировано свидание с девушкой.

— С Дарьей Аничковой? — моментально растеряв благодушный вид, поинтересовалась профессор. — Я вас видела сегодня из окна. Не лезь к ней! Можешь одновременно завалить в кровать всех других аристократочек, и это не будет настолько опасно, как отношения с одной Аничковой.