— А мне тревожно за тебя, Родион, — призналась Матье. — Что, если до зимы не дотерпишь и тоже станешь тварью? Как было этой ночью. Я всего лишь попала к самому концу твоего приступа, но и то застала не Родиона Булатова, а кровожадную нежить в человеческом облике. Страшно подумать, что ты из себя представлял, когда меня Чпок отказывался в квартиру впустить.

— Я поговорю с ним потом. Быть может, ты и права. Скоро придут парни «на чаёк», поэтому давай пока отложим эту тему.

— А с нашими о своей проблеме поговорить не хочешь? Родион, мы все доверились тебе, вписались в твои авантюрные планы, поэтому каждый имеет право знать правду о своём командире.

— Справедливое замечание, — кивнул я. — Но сейчас не время. Чуть позже.

— Смотри, как бы поздно не было, — предостерегла Вера. — В любом случае я всегда с тобой.

Продолжить беседу не успели: заявился Игнатьич. Оказывается, Анна Юльевна дала ему «отставку» на несколько дней, так как занялась какой-то важной научной работой. Вот и мается есаул в одиночестве, не зная, куда себя деть.

Вслед за ним пришёл и Генка Феклистов. Он с порога объявил, что мою записку о болезни не передал, так как профессор Гладышева в Академии отсутствовала. По нашему расписанию были боевые занятия с Драконом, поэтому проблем с моим прогулом не возникло. Сергей Витальевич теперь явно благоволит мне: он не поставил прогул в журнал и даже пожелал скорейшего выздоровления. Ну а появившийся Витёк и вовсе порадовал, притащив целый тазик пирожков, что напекла его матушка.

Новость о том, что тварь уже ликвидирована, вызвала у парней смешанные эмоции. С одной стороны, все были рады ликвидации кровожадного беса, а с другой — возмущены тем, что их не привлёк к операции. Зато Верка сидела довольная. Впервые она выступила пусть и во второстепенной, но в очень важной роли связной, отодвинув боевых мужиков в сторону.

Пожалуй, стоит время от времени использовать подобную тактику, выдвигая на передний план одного из бойцов команды. Пусть каждый чувствует себя не просто «одним из», а незаменимым членом группы.

На следующий день мы собрались тем же составом у Беды. Полковник Краснов задерживался, поэтому боевой старикан для начала устроил тренировку. Причём опытный спецназовец не просто гонял всех по отдельности, а заставил работать в группе, сам выступив в роли единственного противника.

Со стороны могло показаться, что мы впали в детство, гоняясь за Бедой и пытаясь всеми возможными способами забрать у него яблоко. Но на самом деле тренировка получилась очень интенсивной. И… Не в нашу пользу.

— Плохо, — прокомментировал Беда, впиваясь зубами в так и не отнятое сочное яблочко. — Азарта много, а ума мало. Вы больше мешали друг другу, чем помогали. Разрозненно действовали. То лихой казак быком пёр, не глядя по сторонам, то Витька под ногами у Родиона путался.

Сам Родька действовал грамотно, но не учитывал слабые стороны своих подчинённых. Вера больше наблюдателем выступала, лишний раз боясь проявить хоть какую-нибудь инициативу. Феклистов, наоборот, возомнил себя несокрушимым в своей тупости героем.

— Да против вас, Беда, все «сокрушимые», — вздохнул Генка.

— Неправда, — возразил тренер. — Тот же Булатов мог справиться, если бы правильно воспользовался подручным материалом. То есть вами.

Тут мне возразить было нечего. Я, будучи Ликвидатором Сидо, всегда являлся индивидуалистом.