— Я вижу логику в твоих действиях. Но, Родион, самоуправство на таком высоком уровне недопустимо. Необходимо согласие всех заинтересованных персон. Почему со мной не посоветовался? С Бедой, Яриной?

— Потому что вы будете, как всегда, сопли жевать! Не спорю, что фундаментально вы подготовились за эти годы хорошо, только почему-то дальше двигаться опасаетесь. А ведь император тоже не сидит сложа руки. И у него возможностей написать свой сценарий Великого Размытия намного больше, чем у кучки посвящённых. Пора начинать не просто создавать силы сопротивления Тёмному Князю, а наносить удары. Заставить Павла Четвёртого нервничать, перекраивать свои отработанные схемы.

И он начнёт ошибаться! Поймите, демоны Преисподней живут слишком долго по человеческим меркам, поэтому привыкли к определённой неторопливости. Нет в тварях способностей к импровизации — их сила в глубоком анализе и выстраивании долгоиграющих перспективных схем. Нужно выбить почву из-под ног противника, иначе поражение людей неизбежно.

Тёмный Князь хоть и имеет человеческий облик, но тоже страдает определённой тугодумностью. Он чисто физически не способен быстро адаптироваться к новым условиям так, как это делают короткоживущие люди. Иначе бы Великие Размытия случались не раз в сто двадцать лет, а намного чаще. Так что время стратегов подошло к концу — на сцену должны выйти тактики и боевики.

— Отчасти согласен с тобой, Родион, — вздохнул Краснов. — Только до Великого Размытия ещё полтора года. Слишком рано ты начинаешь активную фазу противостояния.

— Вы не слышите меня, полковник. Полтора года для нас много, а вот для тварей — это миг! Цейтнот! Пора удалять чужие фигуры с шахматной доски, иначе получим мат. Поэтому отсиживаться более нет смысла. И начнём мы с выбивания криминальных пешек. Чем я, впрочем, уже и занялся. Кстати, я имел разговоры с Бедой, и он меня поддерживает.

— Старого вояки и юнца слишком мало для принятия взвешенного решения.

— Ну и принимайте, — усмехнулся я. — Можете заседать хоть каждый день, а мы пока будем действовать.

— Хорошо, — после долгих раздумий нехотя согласился полковник. — Как понимаю, от меня требуется информация по московскому криминалу?

— Да. Нужно правильно выбрать цели для провокации. Чтобы москвичи обязательно в столицу сунулись. Ну и прикрытие с информационной поддержкой не помешают.

— Тоже обсудим по ходу дела. Но меня сейчас больше волнует иной вопрос… Как я домой в одних подштанниках попаду? Учти, мне через два часа на службе быть надо.

— Легко, — отмахнулся я. — Дуня!

— Да, Родион Иванович, — мгновенно нарисовалась служанка.

— Упакуй обратно в ковёр господина Краснова и доставить туда, откуда взяла. Тоже тайно, разумеется.

— Эй! — возмутился полковник. — Мы так не договаривались!

Больше он ничего сказать не успел. Как и оказать сопротивление Дуне, действовавшей архибыстро и настойчиво. Вскоре многострадальный ковёр с не менее многострадальным Юрием Евдокимовичем покинули мою квартиру.

Обиделся полковник на такое самоуправство знатно, но делу это не помешало. Уже через три дня у меня на руках был интересный расклад по самым одиозным бандитам Москвы. И, что характерно, с почти стопроцентной вероятностью они не являлись Сущностями. Значит, Тёмный Князь сосредоточился исключительно на столице. Мои догадки подтвердила Вера, заработав себе очередной сильный приступ головной боли во время «мозгового ускорения».

Почти две недели я ничего не предпринимал, занимаясь с обновлённой кафедрой Лингвистики. Каждого студента в ней обработала Алтайская Ведьма, поэтому все парни и девушки получили полный доступ к информации о своих будущих обязанностях.