— А почему тогда зверей и птиц нет в лесу? — спросил я.

— Никогда их не любил, — отрезал он. — В этом месте ни единого клочка шерсти и пера не будет!

— То есть, только змеи? У них-то шерсти нет, — подал голос Григорий и отошел мне за спину.

— А при чём тут змеи? — озадаченно спросил маг. — Их тоже нет. Зачем мне такая проблема под боком.

— Не знаете тогда, что за зверюга возле дороги на нас напала? — с любопытством спросил я. — Похожа на быка, только вместо шерсти у него чешуя?

— Напала? На вас? И вы живы⁈ — с каждым вопросом становилось понятно, что старик до чертиков боится ту тварь. — Как⁈

— Что как? Как живы или как убили?

— Оба вопроса, — старик тяжело присел на пень, который появился мгновение назад. — Но второй интересует меня больше.

— Ветками, — не без гордости сказал Григорий и хотел продолжить, но замолк под моим взором.

— Тот зверь не реагировал на магию. Пришлось срезать ветки и втыкать в него, пока он не сдох.

— Радость-то такая! Сдох! — старик вскочил и чуть ли не бросился в пляс, а потом повернулся к нам спиной и заорал: — Марьяна! Он сдох! Марьяна!!!

Мы с Григорием переглянулись. А через пять минут к нам вышла ослепительной красоты женщина. В руке у нее была корзина с грибами, в волосах венок из цветов. Одежда простая, добротная.

— Мунечка, что ты кричишь? — нежным голосом спросила она старика. — Почему ты в таком виде? — она вдруг заметила нас. — И кто эти люди?

— Марьянушка, ох, сейчас. Это я по привычке.

Он встряхнулся весь, как собака после купания, и начал преображаться. Его облик на мгновение смазался, и вот уже перед нами стоял бравый мужчина, явно из бывших военных.

— Так-то лучше, — Марьяна обняла Эммануила. — А этих ты зачем придумал? Скучно стало?

— Прошу прощения, — вмешался я, — мы настоящие.

Реакция последовала незамедлительно: Марьяна отбросила корзинку, лихо отодвинула Эммануила Карловича за спину и ощетинилась пучком острых льдин. Те повисли в воздухе и слегка подрагивали от напряжения.

— Не стоит так волноваться, Марьяна, — я поднял открытые ладони вверх, — мы просто случайно попали в вашу петлю и очень хотим выбраться на другую сторону реальности.

— Он говорит правду? — она посмотрела на Эммануила Карловича.

— Да кто ж его знает, — пожал он плечами. — Люди давно уже сюда не забредали. Лет сто, наверное. Ты, это, убери свои сосульки. Холодно.

Даже став моложе, ворчать Эммануил не перестал.

— А кто тогда сдох?

— Пушок, — не моргнув глазом ответил он. — Говорят, они его на ветки нанизали.

— Вы дали той зверюге имя? Серьезно? — мои брови взлетели.

— Надо же его как-то называть, — пожал плечами Эммануил Карлович. — Столько лет он нас мучил. Марьяна, накрывай на стол! Праздновать будем!

Он махнул нам рукой и бодро зашагал в лес, а Марьяна так и осталась стоять, уже без активированного заклинания, но все еще недоверчивая нас разглядывая. Сразу видно, кто в доме хозяин.

Потом она вздохнула и качнула головой.

— Пойдемте. Если Муня решил, что вам можно пригласить, кто я такая, чтобы ему отказывать?

Вопрос был философский, поэтому мы с Григорием молча пошли за этой странной парочкой, держа лошадей под уздцы.