— К сожалению, помню, — я хотел сначала соврать, но не стал.

— И действительно считаешь, что у меня нет способностей к магии?

— Я думаю, что ты по каким-то причинам, не хочешь ей пользоваться. Но почему именно говорить не желаешь, будто стыдишься.

— Я не стыжусь! — ее щеки моментально вспыхнули. — Просто… просто… все очень сложно!

— Я не прошу мне все рассказывать сразу, но общих слов было бы достаточно. Мы очень часто попадаем в опасные ситуации, и мне важно понимать, на что ты способна, сможешь ли ты подстраховать меня.

— Знаю, знаю, прости меня, Леш! — она вскочила со стула и заходила по комнате, расшвыривая остатки кружки. — Я и сама не понимаю, что и как со мной происходит.

— Давай я сейчас приведу себя в порядок, а потом ты мне расскажешь все, что знаешь. Или по крайней мере, что готова сказать. Хорошо?

— Ой, да, ты же только проснулся! — в ее глазах мелькнула тревога. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня приложили чем-то тяжелым по голове.

— Это все Григорий, — она обхватила себя руками. — Ты тогда совсем с катушек слетел, наговорил гадостей, а потом схватился за эту палку и остолбенел. Так продолжалось несколько минут, а потом вдруг — бац — вокруг тебя закружило черное марево. Мы все бросились вливать в тебя силу, но это помогало лишь на время. Да и в основном у нас всех призрачная, а нужна стихийная. Позвали Григория.

— И он решил помочь, стукнув меня по голове? — я был озадачен.

— Посох хотел завладеть тобой, а его сила не давала нам подойти ближе. А у Григория же антимагия, ну и дальше ты и сам понял. Это был единственный шанс остановить процесс. Он еще потом лед к голове приложил, чтобы шишки не было. Хотя, как сказала Жу, ты почти сам победил.

— Ладно, раз не было другого выхода, прощу ему такое обращение с его нанимателем.

— Ой, ну не ворчи. Ты должен был за прошлый раз весь свой запас ворчания выговорить! — у нее исправилось настроение, и она улыбалась. — Ладно, приводи себя в порядок, а я пойду.

Она поспешно выскочила из каюты, а сразу после зашел Григорий с еще одним подносом.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он и, не дожидаясь моего ответа, быстро продолжил, — я хотел бы сразу извиниться за свой удар.

— Все хорошо, думаю, мне стоит поблагодарить тебя за него. Но премии не жди, — усмехнулся я.

— Да полно вам, Алексей Николаевич, премия! Скажите тоже. Давайте я вам помогу подняться, и доведу вас до ванной комнаты.

Я хотел было сказать, что все в порядке, но едва поднял голову, в ней вспыхнула сверхновая. Комната покачнулась, и я снова опустился на подушку.

— Сейчас дай мне минуту, — сквозь зубы сказал я.

— Хорошо-хорошо, я пока приберусь, — он проворно вскочил, вытащил откуда-то метлу и начал собирать осколки. — А то еще вспорите ногу, и как мне вас тут лечить без нормального лекаря?

— Что произошло за три дня, пока я валялся?

— Да ничего толком. Мы по очереди дежурили около вас, Василиса Михайловна уже чувствует себя гораздо лучше, капитан и остальная команда продолжают держать курс. Корабль цел, мы нигде не останавливались. До нашей цели осталось всего три дня.

— Три дня? Почему так долго? — по моим представлениям мы должны были уже завтра прибыть в порт назначения.

— Как только я вас выру… — он осекся, — после того, как вы потеряли сознание, ваша магия перестала работать. Потом сменился ветер, и вот мы и болтаемся в море.

— Сейчас приведу себя в порядок и сразу займусь этим. Домчим с ветерком.

— Вы сначала на ноги встаньте, — он отвлекся от уборки и остановился, с любопытством наблюдая за моими попытками подняться.