— Думаешь, что Вася учует?

— При чём здесь Василиса Михайловна? Я про котов. Они мне такую головомойку устроили за все меню! Вы бы слышали. Это можно, это нельзя. Едва отвоевал эту буженину. Пришлось соврать, что она для меня.

— Спасибо. И за кристаллы, которые ты отдал Васе, и за тот удар, и за все, что ты для меня делаешь.

— Полно вам, Алексей Николаевич, это моя работа, — скромно ответил он.

— Ладно, перекусили, пора и поработать, — я поднялся из-за стола.

— Господин архимаг, а каша?

Я покосился на эту дрянь и с невероятным усилием проглотил еще одну ложку. А потом и еще одну, вдруг осознав, что чувствовал я себя стал гораздо лучше.

И сам не понял, как доел все. Этот грешный цветок действительно был лечебным, хотя на вкус, той еще дрянью.

Пока я был на кухне, к нам заглянули несколько матросов, они, как и я, получили свою порцию каши, чем меня сильно удивили. Они безропотно брали миски и уходили, чтобы через десять минут принести их пустыми.

И, бьюсь об заклад, матросы были счастливы. Значит, в этой каше все-таки что-то есть.

Разберусь с ней позже, к тому же у Василисы были пять ростков, а из них можно вывести в целый сад. И я очень надеюсь, что летающих существ в нем не будет. Кстати, я так и не понял, кто они.

Закончив с завтраком, я отправился к капитану, чтобы уточнить маршрут и восстановить заклинания для парусов. Мысль о том, чтобы болтаться в море лишних три дня меня не устраивала. Мало ли, опять какой остров на пути встретится?

— Павел Игоревич, — поприветствовал я капитана, — все хорошо?

— Рад видеть вас в добром здравии, господин архимаг, — он не улыбнулся, бросил на меня хмурый взгляд и продолжил проверять магические приборы.

На капитане, как всегда, была идеально выглаженная форма морского служащего. Она отличалась от формы гвардейцев не только синим цветом, но и материалом. Для работы на море требовалась ткань, которая отталкивает влагу и не подвержена воздействию соленой воды.

Павел Игоревич был гладковыбритым мужчиной в возрасте, с коротко стриженными седыми волосами, вечным прищуром правого глаза и полосой на затылке от фуражки, с которой редко расставался. Говорить он не очень любил, за него этим занимался Ляхов.

А вот из оружия у капитана был короткий нож, его он прятал под полой пиджака, и короткий металлический жезл во внутреннем кармане слева. Чаще всего он пользовался воздушной стихией, недолюбливал огонь и почти не обладал чувством юмора.

— Я хотел восстановить свои заклинания для ускорения хода судна, — я устроился на ближайшем стуле.

— Не самое подходящее время вы выбрали. Вчера был бы толк, а сегодня уже нет.

— Что вы хотите этим сказать?

— Если мы поплывем быстрее, то на полном ходу войдем в бурю.

— Вы перед отплытием говорили, что прогноз хороший, откуда тогда она?

— Я не гадалка, чтобы на такое ответить. Но уверен, что буря будет. Об этом говорит весь мой опыт и магия.

— Магия? Буря не простая?

— Это я смогу вам сказать, когда ее увижу своими глазами, — он отвернулся к карте.

— Обойти ее сможем?

— Как раз сейчас я и пытаюсь это понять, — он провел ногтем по синему полю моря с разбросанными по нему островками. — Мы можем свернуть вот здесь. В этом месте другое течение, придется сильно увеличить скорость, чтобы прорваться. И делать это нужно аккуратно, потому что отмель близко.

— Вы не хотите плыть этим маршрутом?

— Не сильно. Но буря обещает быть серьезной, и уж лучше я воспользуюсь вашими услугами и подниму корабль с мели, чем мне порвет все паруса.

— А если закрыть корабль большим защитным коконом?

— А волны? Нас будет болтать как… — он запнулся, — очень сильно.