Таката пожал худыми плечами.

   – Когда я гастролирую, мы редко задерживаемся на одном месте больше чем на ночь. Если кто-то устроит нам проблемы, у нас не будет времени его ловить, и вся местная гопота это знает., Откуда же у разгоряченного вампа или вервольфа возьмется стимул вести себя прилично? Пискари всем дал знать, что лично займется любым источником проблем.

   Я подняла голову. Прекрасная в своей простоте система, очень мне неприятная.

   – Концерты проходят идеально, – улыбнулся Таката, – а Пискари получает семь процентов от сборов. Все в выигрыше. До сих пор я был доволен его услугами. Даже не возразил, когда он в этот раз поднял цену, потому что ему понадобились деньги на адвокатов.

   Фыркнув, я опять опустила глаза.

   – Это я виновата.

   – Слышал, – сухо ответил он. – Мистер Фелпс под впечатлением. Но Саладан?

   Выразительные пальцы Такаты выбивали сложный ритм, а и и ляд переместился на проплывающие мимо здания.

   – Двоим платить я не могу. Иначе на городские приюты ничего не останется, а в этом весь смысл концерта.

   – Вы хотите, чтобы я устранила возможные проблемы? – спросила я и он кивнул.

   Глядя на разливочную виски «Джим Бим», которую мы как раз проезжали, я все это осмыслила. Саладан пытался прибрать территорию Пискари, поскольку неживого мастера вампиров засадили за убийства. Я засадила.

   Наклонив голову, я напрасно пыталась разглядеть Дженкса у себя на плече.

   – Мне надо поговорить с моими партнерами, – сказала я, – но особых проблем я не вижу. Мы работаем втроем. Я, живой Вампир и человек.

   Мне хотелось, чтобы Ник тоже был с нами, хоть официально партнером в фирме он не значился.

   – И я, – пискнул Дженкс. – Я тоже. Тоже.

   – Я не хотела решать за тебя, Дженкс, – ответила я. – Там Может быть холодно.

   Таката хмыкнул:

   – Под прожекторами и с разогретой толпой? Да никогда.

   – Тогда все в порядке, – сказала я, страшно благодарная. – Пропуска нам выпишут?

   – Да. – Таката нагнулся за той же папкой, откуда доставал фотографию группы. – С этим вы пройдете мимо Клиффорда, а дальше проблем не будет.

   – Супер, – восхищенно сказала я, роясь в сумке в поисках собственной карточки. – Вот мои контакты на случай, если захотите со мной связаться до того как.

   Вроде бы все завертелось, и я взяла стопочку плотных картонок, которую он мне протянул в обмен на мою черную визитную карточку. Глянув на нее и улыбнувшись, Таката засунул ее в на– рудный карман рубашки. С тем же выражением он повернулся и постучал по стеклянной перегородке между нами и водителем. Мы свернули к обочине, и я ухватила сумку.

   – Спасибо, Рэйчел, – сказал он, когда машина остановилась, не съезжая с фривея. – Увидимся за двадцать секунд до полуночи в Колизее, чтобы вы прошли через нашу охрану вместе с моими ребятами.

   – Договорились, – ответила я. Дверь открылась, Дженкс с ругательствами нырнул в мою сумку.

   Подуло морозом, и я прищурилась в предвечернем свете. Моя машина стояла тут же.Он что, прямо здесь меня и бросит?

   – Рэйчел? Я серьезно. Спасибо тебе. – Таката протянул мне ладонь. Я твердо ее встряхнула.