|
На огромном экране какой-то французский актёр что-то томно говорил красивой блондинке, но я не слышал ни единого слова. Весь мой мир сузился до этих двух женщин, до их запахов, до их прикосновений. Я не знал, куда деться, что делать и как дожить до конца этого чёртового фильма. Это была пытка. Сладкая, мучительная, сводящая с ума пытка. И я почему-то был абсолютно уверен, что это только самое начало моего личного, персонального ада. Или рая? Я ещё не решил.
Глава 35
Внезапно Саша, с лёгким вздохом, убрала свою руку. Я чуть не выдохнул с облегчением, но было рано радоваться. — Прошу прощения, — её голос прозвучал как бархат, — мне нужно ответить на один очень важный звонок. Не скучайте тут без меня. Она грациозно поднялась и, проходя мимо моего кресла, сделала вид, что споткнулась. Её рука «случайно» опустилась мне на плечо, чтобы удержать равновесие. А другая рука, скрытая от глаз Аои, сделала нечто совершенно возмутительное. Она сжала моё достоинство через джинсы. Так, по-хозяйски, но стоит отметить, что это было отчасти приятно (разве я могу сказать что-то иное?). Однако от неожиданности из моей груди вырвался тяжёлый выдох, на который Саша облизнула губки. Аои удивлённо посмотрела на меня, но Саша уже выпрямилась. Прежде чем выйти из кинозала, она обернулась, одарила меня наглой, победной улыбкой и подмигнула. Эта женщина была просто исчадием ада в дизайнерском костюме. Не успела за ней закрыться тяжёлая дверь, как Аои тут же перешла в наступление. — Ну всё, она ушла! — прошипела она, и в её зелёных глазах зажёгся огонь. — Пойдём! Быстрее! Она вскочила, схватила меня за руку и с силой потащила за собой, не давая и шанса возразить. — Аои, куда мы? Фильм же… — К чёрту фильм! — отрезала она, увлекая меня в тёмный коридор. — Я тебе сейчас кое-что напомню! Кое-что очень приятное! Она тащила меня через весь этот огромный, гулкий дом, мимо картин, которые стоили, наверное, как моя почка, мимо каких-то антикварных ваз. Мы выскочили на задний двор, где в темноте благоухал сад. Прохладный ночной воздух приятно остудил моё пылающее лицо. Аои, не сбавляя темпа, целенаправленно вела меня к небольшой, покосившейся постройке в самом дальнем углу сада. Подсобка садовника. О, нет. Только не это. — Помнишь, как нам здесь было хорошо в прошлый раз? — прошептала она, и её горячее дыхание обожгло мне ухо. — Как ты брал меня чуть ли не на мешках с землёй? Не дожидаясь моего ответа, она дёрнула на себя скрипучую дверь и буквально втолкнула меня внутрь. В нос тут же ударил густой запах прелой земли, удобрений и чего-то ещё, неуловимо-травяного. В тесной, заваленной каким-то садовым хламом каморке было темно, как в могиле. Единственным источником света была тонкая полоска лунного света, пробивающаяся сквозь щель под дверью. Аои не теряла ни секунды. Она тут же, с каким-то отчаянным, голодным стоном, рухнула передо мной на колени. Её руки, как два маленьких, но очень сильных бульдозера, принялись стаскивать с меня джинсы. Пряжка щёлкнула, молния зажужжала, и вот я уже стою в полумраке, как последний идиот, со спущенными штанами. — Аои, подожди, здесь же… Но мои жалкие протесты утонули в её довольном, мурлыкающем стоне. Она жадно, почти по-звериному, накрыла мой уже твёрдый член губами, принимая его в себя так глубоко, что у меня потемнело в глазах. Она начала сосать. Быстро, страстно, с какой-то отчаянной жадностью, будто боялась, что у неё отнимут последнюю конфету. Её волосы щекотали мне живот, а её руки крепко сжимали мои ягодицы, притягивая ещё ближе. Я упёрся руками в стену, чтобы не упасть, и полностью отдался этому безумию. Мой мозг отключился, оставив лишь чистое, животное наслаждение. Это было так неправильно, так грязно и так чертовски возбуждающе. |
