— А я, выходит, твой ассистент, — ухмыльнулся я, — но учти, ассистенты иногда делают революцию.

— Ну-ну, — фыркнула Ай, — революцию будут делать только если пирог получится смешным!

— Значит, ставим задачу: сделать пирог таким, чтобы даже Йоко рассмеялась. А она, знаешь, не из лёгких.

— Я всё продумала, — Ай разложила листы с рисунками: на одном Йоко в облаке смеха, на другом — Чоу с оранжевым пламенем, а я — в короне, как положено. — Дети могут быть актёрами. А ты будешь… главным пирогом!

— Вот это перспектива, — вздохнул я. — И всё же, если кто-то будет спорить — пусть спорят. Главное, чтобы сценарий был живым.

— Он будет! — уверенно сказала Ай, а дети вокруг подхватили: — Пирог! Пирог! Пирог!

Я усмехнулся, чувствуя, что даже самый могущественный дьявол иногда превращается в ингредиент для хорошей шутки. Но в этом городе — иначе и быть не может.

— Ай, почему ты нарисовала меня с рогами и хвостом? — спросил я, когда она выложила очередной лист с изображением меня в короне и с явно демоническими признаками.

Девочка пожала плечами, как будто это самый обычный вопрос:

— Потому что ты такой и есть. Только рога у тебя не настоящие, а смешные — они, знаешь, светятся, когда ты смеёшься или злишься. Я всегда вижу у людей второе лицо. Вот у Саракэ — он вообще, как медведь, просто прячется хорошо. А в тебе… есть что-то большое и доброе. Немного страшное, но не опасное.

— А в Кохаги, бывшей директрисе, ты видела… — я замялся.

— У неё была длинная шея. Мне никто не верил, но я всегда знала, что она — монстр. Она была злая. Ты — не такой.

— Значит, ты чувствуешь, кто хороший, а кто не очень? — уточнил я.

Ай кивнула:

— Иногда да. Бывает сложно, если человек прячется. Но у духов — всё видно. Они светятся, как лампочки, только разными цветами. А у тебя — тёмно-красный, но не злой, а какой-то… смешной. И добрый.

Я усмехнулся, хотя внутри что-то кольнуло — вот уж кто умеет видеть насквозь.

— Ай, а кто кроме меня… ну, необычный? — осторожно спросил я.

Девочка задумалась:

— Саракэ — медведь, а Асано-сан — сильная, но добрая. Йоко и Чоу — они блестят, как костёр ночью. А Юко… она как лиса, но сейчас её нет.

— И все они… — начал я, но Ай перебила:

— Они хорошие. Просто прячутся. Потому что люди боятся тех, кто не похож на них.

Я кивнул, размышляя. Вот уж кто умеет объяснить суть мира за пару минут. Взрослые придумывают легенды, а дети просто видят.

— Спасибо, Ай, — тихо сказал я, — ты — мой лучший советник.

— А ты — самый смешной дьявол, — улыбнулась она. — Пойдём, пирог ждёт.

Я последовал за ней, зная, что ответы иногда приходят не от мудрецов, а от тех, кто умеет смеяться и видеть искренне.

Глава 6

— Вот ты где, — Рио встретил меня у входа в офис, демонстративно постукивая по кипе сценариев. — Кацу, не забывай, у нас сроки не резиновые. Йоко велела ввести нового героя, и желательно — не очередного клоуна. Хотя, если ты будешь его играть, может и выйдет.

— Считай это моим фирменным стилем, — усмехнулся я, забирая бумаги. — Клоун с интеллектом — редкая зверушка, его ещё не приручили.

Банко, не отрываясь от ноутбука, буркнула:

— Нам бы не зверушку, а спасателя. Сценарий трещит по швам, а ты всё шутишь.

— Банко, сценарий крепче, чем кажется, — подмигнул я. — Главное — ввести персонажа так, чтобы зрители сами захотели ему аплодировать.