По сравнению с супругом Серафина выглядела этакой серенькой мышкой, она даже решила не надевать своеобычных бриллиантов. Графиня «вышла на работу». Если в задачу Джузеппе входило разведать обстановку и понять, каких чудес ждет от него местное общество, то Серафине предстояло войти в доверие к дамам и собрать всевозможные сведения, слухи и сплетни, знание которых Калиостро-ясновидцу было необходимо как воздух. Наблюдательность, интуиция и рассказы Серафины являлись тремя важными составляющими его успеха прорицателя. Он «всякую малость умел обращать себе на пользу». А еще Серафина, которой к тому времени исполнилось двадцать семь, выдавала себя за престарелую матрону и утверждала, что у нее есть взрослый сын и он в настоящее время служит офицером в Голландии. А выглядит она столь молодо исключительно благодаря эликсиру молодости, изготовленному ее супругом по его собственному, никому иному не известному рецепту. (Возраст супруга, разумеется, не поддается определению, ведь он разговаривал с самим Иисусом Христом!) Скромность Серафины, ее природная свежесть, не затмеваемая блеском драгоценностей, служили лучшим доказательством правдивости ее слов, и эликсир, а заодно и притирания раскупались нарасхват. Калиостро ликовал: он долго не решался выступить на поприще зельеварения, а тут первый же эксперимент оказался успешным. Но публика требовала чудес: превращения низких металлов в золото и серебро и конечно же спиритических сеансов. Вдобавок каждый вечер за ним по пятам ходила высокая статная красавица с зачесанными назад волосами и неутомимо твердила о дорогом Фрице, скончавшемся вдали от родного дома. Черт бы побрал этого Фрица, решившего ни с того ни с сего переместиться в мир иной!

Отдохнув среди гостеприимных митавцев, Калиостро, гордо называвший себя полномочным главой всех масонов Северных земель, приступил к созданию собственной Египетской ложи. Так как граф Медем, его брат маршал Отто фон Медем и бургомистр фон Ховен в 1741 году в Галле приняли масонское тамплиерское посвящение и к настоящему времени успели достичь высоких степеней, то кандидаты для всех трех степеней наличествовали. И разумеется, следовало основать ложу принятия, куда войдут женщины, эти негласные правительницы маленького митавского мирка. Впервые магистра обуревали противоречивые чувства: с одной стороны, он ощущал себя вырванным с корнем растением, а с другой — новая почва оказалась на удивление благодатной. Отсутствие конкурентов позволяло ему развернуться со всей полнотой его фантазии. И он заявил, что сам бессмертный Великий Кофта поручил ему возродить утраченные на протяжении веков истинные египетские таинства и посвятить в них здешних масонов.

«Сидя на троне, Досточтимый магистр приказывает ввести кандидата; инспектор подводит кандидата к трону и велит ему опуститься на колени. Досточтимый магистр встает и обращается к кандидату: “Вам уже сообщили, что цель наших трудов столь же далека от легкомыслия, как обычное масонство далеко от истинного философского знания. Все наши действия, таинства и поступки имеют единственную цель: прославление Бога и проникновение в священные тайны природы.