«Копия письма графа де Вержена, министра иностранных дел, страсбургскому градоначальнику Жерару; писано в Версале, 13 марта 1783 года Я, сударь, не знаю лично графа Калиостро, но все отношения с тех пор, как он пребывает в Страсбурге, о нем превосходны, и человечество требует, чтобы ему было оказано почтение и спокойствие. Так как он иностранец и имеет столь прекрасные рекомендации, я рекомендую его вам, точнее магистрату, который вы возглавляете. Господин Калиостро просит лишь спокойствия и безопасности; гостеприимство ему и так будет обеспечено… Я уверен, что вы окажете ему необходимое гостеприимство и будете наслаждаться его обществом.

Имею честь и проч.

«Копия письма маркиза Миромениля, хранителя печатей, страсбургскому градоначальнику Жерару; писано в Версале, 15 марта 1783 года С тех пор, как граф Калиостро пребывает в Страсбурге, он облегчил страдания многих бедных и несчастных, и мне известно также, сколько добрых дел совершил этот иностранец, который заслуживает, чтобы ему было оказано особенное покровительство. Я рекомендую его вам, а также магистрату, который вы возглавляете, чтобы он мог жить спокойно и в безопасности, как и должно иностранцу в государстве нашего короля, особенно когда такой иностранец полезен нам.

Пребываю, государь мой, и проч.

«Копия письма маркиза де Сегюра маркизу де Ла Салю от 15 марта 1783 года Достойное поведение господина Калиостро в Страсбурге, в котором меня уверили, сударь, а также почтенное использование своих талантов и способностей, кое он осуществил в этом городе, а также многочисленные примеры человечности, которые он выказал частным лицам, кои страдали от тяжких недугов, являются основанием, чтобы этому иностранцу было оказано покровительство правительства. Король возлагает на вас не токмо бдение, чтобы его никто не беспокоил в Страсбурге, если он решит туда вернуться, но чтобы отдавали ему почтение в сем городе за его услуги, которые он оказывает несчастным»²⁰.

Письма не помогли, атмосфера сгущалась. Припомнили, что Калиостро обещал вылечить кого-то от слепоты — не вылечил, лысый попросил вернуть ему волосы, но получил исключительно головную боль… Многие жители Страсбурга присоединялись к мнению профессора Мейнерса из Гёттингенского университета: собрав сведения о Калиостро, профессор пришел к выводу, что имеет дело скорее с «мошенником, нежели фанатиком».

«Так как Калиостро одинаково плохо изъясняется на всех языках, он, видимо, провел много лет в путешествиях, и, видимо, невозможно установить его национальность, ибо он и сам ее забыл. […] Он побывал в России и других северных странах, где выдавал себя за чародея, но, когда мода на него прошла, вынужден был бежать. В Страсбурге втерся в доверие к кардиналу; может симулировать припадок. Очевидцы говорят о его неукротимости, а также что смысла в нем не много. Когда его стали обвинять, что он задорого продает лекарства, а потом обнаружилось, что цену устанавливал не он, а аптекарь, он снизил цену и сменил аптекаря. Сам он денег за труды не берет, играет в основном с дамами и крупно проигрывает. Можно без преувеличения сказать, что тратит он не менее 20 000 ливров в год. Но откуда он их берет? Свидетели утверждают, что у него всегда полно и денег, и драгоценностей. Видимо, делает золото. Старается окутать себя тайной. Мне кажется, он связан с обществом, которое через него проводит свои цели, ибо обществу легко содержать своего эмиссара и давать значительные суммы незаметно. Иначе придется поверить, что он делает золото. С горечью и сожалением пишу я эти строки, ибо этот человек обманул не только знатных людей, всегда готовых пойти на удочку шарлатану, но даже ученых и медиков, кои его принимали»²¹.