В этот момент над позициями раздался быстро нарастающий свист, а затем землю ощутимо встряхнуло. Где-то совсем рядом разорвался первый снаряд. Следом почти без паузы прогремели ещё несколько взрывов. С потолка посыпалась сухая земля, лампа качнулась на проводе, но никто из «местных» даже не вздрогнул. Ангольский радист лишь придержал рукой радиостанцию, чтобы та не съехала с импровизированного стола, и продолжил работать. Остальные спокойно сидели на своих местах, словно происходящее давно стало частью обычного распорядка дня.

— Сто пятьдесят пять миллиметров, — сказал советник, прислушиваясь к новым разрывам. — Вот это G-5 и есть. Любят падлы начинать утро именно так.

Морозов молча посмотрел на потолок, с которого снова осыпалась земля.

— Часто работают?

— Да считай весь день. — Вздохнул советник — Ночью и в плохую погоду только потише. Сейчас они засекли, что на аэродром вертолеты пришли, по нему в основном бить будут. Отработают и на смену позиций уйдут, потом снова…

Советник оказался прав, обстрел продолжался около десяти минут. По характеру разрывов было понятно, что противник накрывает сразу несколько районов: часть снарядов ложилась по аэродрому, часть — по окраинам города, ещё несколько разрывов прозвучали где-то совсем недалеко от наших позиций. Постепенно канонада стала стихать. Последний снаряд разорвался уже далеко, после чего наступила тишина.

Советник посмотрел на часы и спокойно свернул карту.

— Всё. Утренний обстрел закончился. Пока есть время, задавайте свои вопросы и за работу.

Морозов несколько секунд молча смотрел на карту, затем обвёл взглядом командиров групп.

— Значит так. Работать будем по своему профилю. Никакой самодеятельности и никаких попыток воевать вместо ангольцев. Мы сюда прибыли как военные советники. Наша задача — подготовка, планирование и обучение. Решение на проведение операций принимают командиры ФАПЛА. В бой первыми не лезем. Если прижмут — отбиваемся, но специально искать приключения никто не будет. Всем понятно?

Никто не возражал. Все прекрасно понимали, что в реальности получится далеко не всегда так, как написано в директивах. Война редко интересуется тем, что записано в документах, однако лишний раз напомнить правила всё равно было необходимо. Морозов снова перевёл взгляд на карту.

— Предлагаю разделить силы. Три группы отряда останутся тут. Их задача — организация охоты на диверсионно-разведывательные группы противника.

Советники переглянулись и согласно кивнули.

— Четвёртую группу необходимо использовать иначе, — продолжил Морозов. — В качестве группы глубинной разведки. Нужно выявить район расположения южноафриканской артиллерии и танковых частей, маршруты подвоза боеприпасов, пункты управления, места сосредоточения резервов. Только разведка, без проведения диверсионных мероприятий. Пока. Мы не знакомы с местностью и полноценный боевой контакт может закончится очень плохо. Мы выявляем, а уничтожением будут заниматься артиллеристы и авиация, если появится такая возможность.

В блиндаже ненадолго воцарилась тишина.

— Полноценный разведывательный рейд… — Старший из советников кивнул головой — Принимается. Справиться ваши подопечные?

— Мы с ними знакомы всего один день — Скрипнул зубами Морозов — Нам не дали времени на полноценную подготовку, слаживание и вообще, не на что. Проще было бы провести этот рейд силами советников, но, если это невозможно, то туда пойдёт конечно самая подготовленная группа из местных коммандос.

Полковник ФАПЛА быстро переговорил с начальником штаба, после чего через Лапина сообщил своё решение. Ангольское командование полностью поддержало предложение. Более того, для выхода в тыл противника обещали выделить проводников, хорошо знавших местность восточнее Куито.