Дарвиш поклонился, а Аарон закатил глаза, больше вложив в это краткое мимическое выражение, чем многие уместили бы в часовом монологе.

Чандра сдерживалась, чтобы не засмеяться, — очень больно, — но все-таки хихикнула.

— Убирайтесь, — сказала она, махнув на дверь. — И, ради Одной, будьте осторожны.

Зал «Виселицы» был заполнен наполовину, но никто не обращал внимания на Аарона и Дарвиша, пока они шли к двери.

«Это такое место, — подумал принц, — где посетители не суют нос в чужие дела». Он хорошо представлял себе, что это за место, и оценил юмор человека, назвавшего сие безопасное убежище для воров и их сообщников «Виселицей». Вспоминая, что сказал Аарон и мальчишке, и хозяйке гостиницы, он покачал головой. «Мы готовы заплатить… Девять Наверху, как жутко».

— Помни, — прошептал Аарон, взявшись за ручку входной двери, — ты — телохранитель. Оставайся в длине меча позади меня.

Дождь кончился, воздух был прохладный и сладкий, городское зловоние смылось в сточные канавы, а оттуда — в море. В тихом районе «Виселицы» улицы были пустынны. Принц и вор постояли у гостиницы, давая глазам привыкнуть к темноте.

— Пойдем напрямик, — тихо сказал Аарон, обшаривая взглядом улицу. Какой-то торговец, все еще закутанный в солнечный плащ, хотя солнце давно село, спешил домой — дрожащая тень на фоне ночи. — Тот район граничит с опасным районом, но будем надеяться, что твое присутствие отобьет всякий интерес.

— Нет почета среди воров? — сострил Дарвиш.

Глаза Аарона жутко блеснули в сочащемся сквозь жалюзи свете.

— Нисколько, — отрезал он.

Дарвиш расстегнул ножны, расправил плечи и посмотрел грозным взглядом. Может, если он примет устрашающий вид, ему не придется никого убивать. Внезапно он заметил, что вор совсем не вооружен, если не считать крошечного, бесполезного кинжала, висевшего на кожаном поясе с его инструментами.

— Тебе надо было купить оружие.

— Я не ношу оружия. — Аарон сжал губы в едва видимую линию.

«Мужчина никогда не ходит без оружия».

«Заткнись, отец».

«Сильные, и быстрые, и совершенно беспощадные. Мы вынимаемся из тех же самых ножен, Аарон, мой сын».

«Заткнись, отец!»

Он толкнул голос отца обратно за стену.

Дарвиш не понял, почему юноша вдруг застыл, только увидел вспышку боли, так как не сводил глаз с его лица.

— Эй, — мягко сказал он, — не волнуйся. Я сумею постоять за нас обоих.

Аарон кивнул, резко повернулся, и они пошли.

«Если этот район граничит с опасным, — немного погодя подумал Дарвиш, — то я не хочу знать, что здесь называют опасностью». Его взгляд метался от тени к тени — принц был уверен, множество глаз наблюдают и оценивают их проход. Он знал места в Ишии, где человек не осмеливался ходить один, но то было дома, и, возможно, поэтому здесь все казалось более угрожающим. «А может, и нет», — допустил он, зарычав, когда некая фигура, подпиравшая стену в начале переулка, неуверенно направилась в их сторону.

Аарон шел быстро, целеустремленно, как человек, который знает, куда идет, и намерен дойти во что бы то ни стало. Слабый и глупый чаще всего становится добычей улиц — он не собирался казаться ни тем, ни другим. Один он бы не пошел этой дорогой, но вряд ли Дарвиш удержится на путях, которые он предпочитает. Аарон взглянул на крыши — этот путь, бесспорно, самый быстрый, если удастся избежать беды.

Либо беда не стала рисковать, решив, что этот наемник слишком крупный, либо была занята где-то в другом месте, но они благополучно добрались до богатого района с его купленной безопасностью и частыми патрулями городской стражи.