— Брать надо этого Акробата, вот и все! — сгоряча воскликнул Лосенок.

— Как же, брать… — хмыкнул Герасимов. — Во-первых, мы не знаем, кто он такой. А во-вторых… Даже если каким-то чудом мы его вычислим и возьмем, то что мы ему предъявим? Слова этих двух оболтусов — Мопсика и Ливерпуля? Ну, это не доказательство…

— Оно, конечно, так, — почесал в затылке Лосенок. — Тем более что мы и впрямь ничего об этом Акробате не знаем. Кто он, как выглядит… Хотя почему не знаем! Еще как знаем! Разве не его мы с тобой сегодня видели с этими оболдуями Ливерпулем и Мопсиком? Его, родимого! А ведь я даже запечатлел его на камеру своего телефона. Вот же он, красавец!

И Лосенок принялся колдовать со своим телефоном. Но тут же и сник.

— Да, — сказал он, — а снимок-то неважный. Снимал-то с неудобной позиции и второпях. Хотя, я думаю, кое-что можно распознать и на таком снимке. Вот, посмотрите…

— Может, у меня получилось лучше? — спокойно спросил Мешалкин. — Тем более что я снимал не на камеру телефона, а фотоаппаратом. Давайте поглядим…

Действительно, с фотоаппаратом дело обстояло лучше. Снимок был не один, а несколько, со всех сторон, с близкого и с далекого расстояния, да притом и четкость снимков была на высоте.

— Ну, шеф! — с восторгом произнес Лосенок. — Ну, вы даете… Да как же это вы умудрились! Ведь вам и снимать-то было намного неудобнее, чем мне! Вот что значит высокий класс и опыт! Учись, босота! — глянул Лосенок на Герасимова.

— Это тебе надо учиться, — парировал Герасимов. — Снимал-то ты, а не я.

— Распечатать надо снимки, — прервал своих подчиненных Мешалкин. — Каждый снимок — в нескольких экземплярах. Пригодится.

— Это мы мигом, шеф! — воодушевленно отозвался Лосенок, усаживаясь за компьютер. — Уж здесь-то мы не подкачаем!

В кабинет неожиданно вошел Железняк и в изнеможении опустился на стул.

— Ты это отчего такой измочаленный? — с удивлением спросил Герасимов. — Будто за тобой гнались.

— Так ведь со свидания человек вернулся! — тотчас же отозвался Лосенок. — Понимать надо! Свидание с женщиной — дело тяжкое, это я тебе заявляю авторитетно и со знанием дела! Я прав, друг мой Архип?

— Можно сказать и так, — выдохнул Железняк. — Я ей, понимаешь ли, толкую за дело, а она мне норовит про любовь… Вот как можно работать в таких невыносимых условиях? Тем более что девочка и впрямь милая…

— Вот разгребем дела, и я вам всем устрою ликбез по правильному общению с милыми девочками, — пообещал Мешалкин.

— Ну, шеф! — покрутил головой Лосенок. — Я, конечно, извиняюсь, но такой курс я одолел и без вашей мудрой помощи. У меня, если вы не забыли, невеста есть!

— Ладно, — выдохнул Мешалкин. — Невеста, жена, влюбленная официантка… Архип, выкладывай, что ты узнал.

И Архип выложил. Да, действительно, наркотик под названием «тоннель» в «Башне» можно раздобыть очень даже легко и просто. Какими путями он в заведение поступает, того официантка не знает. Зато догадывается, через кого именно он поступает. Об этом догадываются все, кто работает в «Башне», но молчат. У каждого — своя причина, чтобы молчать. А поступает наркотик, по предположениям, через некоего Игоря Баранова, который числится в «Башне» снабженцем. Впрочем, никто в заведении по имени и фамилии его не называет, а называют его по прозвищу.