— Artists? At such a late time, — услышал я её тихий голосок.

— Смеются — значит, не такой и жуткий мир, — предположил Андрон.

— В пятой ветви много неплохих миров. Наверное. Хотя я видел только плохие. Фу-х, дай-ка отдышаться. Сколько мы здесь?

— Минут семь.

— Много. Надо спешить.

Я зашагал снова. Неприятные чувства тем временем менялись. Спазмы и жар сменились диким, невероятным голодом. Незаметно для себя я начал пожёвывать воротник рубашки. Признаться, на какой-то миг даже Андрон показался мне гастрономически-привлекательным.

Рядом притормозило такси — вполне характерное, жёлтое и квадратное, видимо, оставшееся в дань традиции даже после смены власти. Дядька-латинос в окне заговорил без акцента:

— Товарищи, вы чего ж так поздно-то? Давайте подкину куда. Бесплатно, у меня уже смена закончилась.

— У тебя есть пожрать? — подскочил я к окну.

Андрон меня ухватил за руку и оттащил от окошка. Таксист почему-то испугался и поддал газу.

— Не привлекай внимания, — сказал Андрон. — Блин, интересные эффекты, да.

— Знаю, что-то нашло.

— Это ты после того, как дрон кинектировал?

— Кинектировал? — я аж вздрогнул от неожиданного осознания того, что случилось несколькими минутами ранее. — Я даже сам не понял. У меня нет навыка кинектирования, насколько я знаю.

— Что-то типа остаточного заряда, может? Здесь же магии нет. Но гипотетически сколько-то мог с собой принести.

— Нереальный голод. Я сейчас готов съесть, не знаю… голубя? Крысу? О, смотри-ка!

Моё внимание привлекла вывеска на противоположной стороне улицы. «Hiden Buns — Спрятанные Плюшки» и картинку большого красного пончика. В очередной раз поправил сумку и резво перебежал дорогу.

— Куда ты⁈ — рявкнул Андрон, но ему не осталось ничего, кроме как направиться за мной.

Где-то на отдалении послышался свисток милиционера. За произошедшее в последующие пару минут мне, по правде сказать, стыдно. Удивление, стыд, безумный, абсолютно отключающий разум голод — чувства, которые я переживаю не так часто. И так произошло, что все их почувствовал я это в один и тот же день.

За выключенной стеклянной витриной на наклонной полочке лежало два пончика. Шоколадный и клубничный, судя по всему. Вероятно, они лежали там уже не первый день, потому что все товарные пончики логично на ночь убирать куда-либо в холодильник. Тем не менее, я понял, что больше жизни хочу их съесть.