Вскоре Зме успокоилась, и мы незаметно уснули, что стоило мне к утру отлёжанной напрочь руки.

— Прости за вчерашнее, — повинилась она, собираясь. — Девочкам иногда надо поплакать. Даже таким старым сукам, как я. Спасибо, что потерпел, это для меня важно.

— Не проблема, Зме. Обращайся.

— Ну, всё: выпила, потрахалась, поревела — можно идти убивать, — сказала она неестественно бодрым тоном. — Моё дежурство. Если получится, я зайду вечером?

— Только попробуй не зайти! — грозно ответил я.

— И что будет? — улыбнулась Зме.

— Буду рыдать тебе в сиськи! Может, нам, мальчикам, тоже надо, почём тебе знать?

— Уверена, ты найдёшь моим сиськам лучшее применение, — отмахнулась снайперша и отбыла к своей винтовке.

Шутки шутками, но, если бы на композитном прикладе можно было делать зарубки, то у Змеямбы там бы живого места не было. И забывать об этом не стоит.

Прикатившая столик с завтраком Мехра сообщила, что после оного меня ожидает Калидия. Аппетит мне это сообщение не испортило, но несколько озадачило. Я думал, что увлечённые друг другом девушки вспомнят обо мне дня через три, не раньше.

Впрочем, Калидия одна и в оболочке.

— Алиана спит, — ответила она на невысказанный вопрос. — А я хочу вам кое-что показать.

Девушка провела меня пустыми коридорами и остановилась у неприметной двери.

— Положите руку на эту пластину, — сказала она.

На стене пластина тёмного камня, выглядящая в интерьере немного чужеродно. Я приложил ладонь, Калидия прижала её рукой сверху, кольнуло слабым разрядом.

— Теперь дверь настроена на вас. Она не заперта, — девушка толкнула её, створка раскрылась. За ней оказался коридор совершенно нейтрального стиля. — Но если приложить ладонь, то она открывается в другое место. Попробуйте.

Она закрыла дверь, я приложил левую ладонь к пластине и толкнул створку правой. Теперь коридор выглядит иначе. Даже не коридор, а скорее прихожая в каком-то старом доме.

— Если всё пойдёт плохо, уведите, пожалуйста, Алиану сюда. Дверь настроена только на меня и отца, теперь и на вас.

— Что там?

— Просто одно странное место. Там безопасно. Если выживу — приду к вам. Если нет — выбирайтесь сами. До вас никому не будет дела, просто подождите, пока всё закончится.

— Ты, я вижу, не полна оптимизма?

— Нас не поддержали ни дома владетелей, ни свободные кланы. Никто не встанет на нашей стороне.

— А на «невашей»?

— Слишком многие, — вздохнула она странным синтетическим голосом оболочки. ― Мы стоим между ними и вечной властью.

Я хотел сказать, что ничего вечного не бывает, но решил, что это не тот момент, чтобы умничать.

Пока идём обратно, запоминаю повороты, хотя думаю, что не пригодится. Если всё полетит в жопу, я не брошу своих. Буду надеяться, что до резни не дойдёт, а если дойдёт, то наши наваляют ихним, а не наоборот. Слона со товарищи не стоит недооценивать.

— Вы спасете Алиану, если придётся? — спросила Калидия.

— Думаю, Слон спасёт всех. Он такой, весьма спасательный. Но если необходимость возникнет — сделаю, что смогу, — ответил я несколько расплывчато.

— Спасибо вам.

— Без проблем. А что с твоей матерью?

— Если мы победим, старые правила потеряют значение. Если проиграем — это не будет нас волновать. Всё решится в ближайшие дни, а пока ей спокойнее там, где она есть.

— А где она есть?

— Пойдёмте.