Ко мне Виттенгер отнесся более благосклонно, чем к тому начальнику управления и предложил увидеться завтра утром. О месте встречи мы должны будем договориться отдельно — Виттенгер пообещал перезвонить. Я так понял, ему не хотелось говорить об этом из кабинета.

Таким образом, день у меня выдался свободный, хотя и немного подпорченный — Янина скрытность никак не вязалась с тем, что накануне Шеф неожиданно посвятил меня в детали дела Сторма. Ее странное смущение наводило на мысль, что Шеф дал ей поручение, непосредственно связанное со мной. Мне хотелось немного отвлечься, и я почитал остальные рассказы из «Сборника космических историй». Но отвлечься мне не удалось. Причиной тому послужил последний рассказ из «Сборника…» — «Чужие крылья» — так он был озаглавлен. Рассказ написал некий Антон Свешников — до того момента мне неизвестный. По понятным соображениям, я не стану приводить текст полностью.

В это время года западный ветер высушивает слезу от попавшей в глаз песчинки раньше, чем слеза успевает докатиться до ямочки на щеке, поэтому отъезжающих не одолевает ностальгия, а, наоборот, их охватывает желание уехать из этого гиблого места как можно скорее. Но среди отъезжающих есть и такие, кто находит романтичным заход солнца за Джамаль Марру, когда отбрасываемая горою тень, внезапно ускорившись, накрывает собою тридцатиметровый пилон Космопорта и устремляется на восток, к океану. Впрочем, ни для кого не секрет, что из-за кривизны поверхности Земли, дальше Эн-Нахуда она никогда не забиралась.

Старая часть Ньялы по самые крыши занесена песком, и тем большим анахронизмом выглядит воздвигнутый на окраине города, гигантский серый параллелепипед здания Центра по Подготовке к Полетам. По ночам протянувшиеся на несколько километров коридоры Центра заполняет синий дежурный свет — ночью по зданию никому кроме уборщиц ходить не положено. Напротив четырнадцатого бокса пол отливал изумрудной зеленью — верный признак того, что свет в комнате включен. Пробившись из-под двери, свет смешался с синевой дежурного освещения. Уборщица, по всему видать, человек здесь новый, долго терла изумрудный налет средством против солнечных зайчиков. Видя, что у нее ничего не выходит, уборщица взяла швабру и, боязливо оглядываясь по сторонам (не дай бог начальство заметит), стала загонять струящийся из-под двери свет обратно в комнату.

Марк сидел спиною к дверям и о манипуляциях уборщицы не догадывался. Ему было не до уборщиц — он терпеливо уговаривал портативный Вычислитель поделиться очень важной для него информацией. Вычислитель сетовал на то, что запрашиваемая информация чересчур секретна и не может быть предоставлена кому попало. Но Марк не был кем попало, — он был одним из тех счастливчиков, кому не далее, как завтра (а точнее — уже сегодня) предстояло пустится в первое в истории человечества межзвездное путешествие к далекой Альфе Кентавра. В конце концов, Вычислитель сделал вид, что принимает поддельный пароль за чистую монету и допустил Марка к базе данных Обсерватории. По экрану поползли колонки цифр, для наглядности сопровождаемые змеевидными графиками.

Марк удовлетворенно потер руки — цифры и графики были что надо. Все его расчеты оказались верны, в чем, тем не менее, стоило лишний раз убедиться. Единственным, кто мог бы уличить Марка в незаконном вторжении, был его друг Энтони. Энтони работает в Обсерватории, но сейчас он в отпуске — Марк истратил половину аванса за предстоящий полет, дабы отправить своего друга в кругосветное путешествие — подальше от Обсерватории.