— Тебе чего?

— Нужно поговорить с начальником, — невозмутимо ответил Дарелл, продолжая подниматься по лестнице. По стенке клиньями сгущалась тень, и они старались не выходить за ее пределы. Снизу лицо человека казалось перекошенным.

— Кто это с тобой, Хосе?

— Он с поручением.

— Подожди минутку.

Последний лестничный марш был ярко освещен прикрепленной к стене лампочкой. Дареллу стало ясно, что добраться до верха, не выйдя прямо на свет, никак нельзя.

И он рванулся вперед. Человек заорал, пытаясь отступить на шаг и скрюченными пальцами достать из-под пиджака револьвер. Но не успел. Дарелл нанес мощный удар снизу, и тот с размаху врезался в дверь, истошно закричав. Отсупать было некуда. Дарелл вышиб из руки охранника револьвер и, обхватив его поперек туловища, швырнул вперед. Тут подоспел Пабло и рывком перекинул того через перила. Человек продолжал вопить, пока летел с пятого этажа, наконец шмякнулся о цементный пол и затих.

Пабло покачал головой:

— Теперь беда, сеньор.

Где-то внизу закричал человек, к нему присоединились другие голоса. Топот бегущих ног гулко разнесся по пакгаузу.

На отвоеванную площадку выходила стальная противопожарная дверь. Дарелл потрогал — она открылась, и тогда один за другим они проскользнули внутрь и до упора задвинули засов.

Теперь ждали, прислушиваясь.

Нестройные голоса внизу усилились, как видно, обнаружили тело охранника. Потом затарабарили по-испански. Дарелл обернулся и окинул взглядом место, куда они попали. Из его груди вырвался непроизвольный стон.

В углу на полу сидел Джонни Дункан и смотрел на него стеклянными глазами. На стуле скрючилась Плежер. Одна была жива. Другой — мертв.

15

Джонни Дункан умер медленной, мучинической смертью. Казалось, каждую косточку в руках перебили одну за другой. Тот, кто измывался над ним, наверное, в конце концов притомился и одним махом перерезал горло. И вот Джонни сидел теперь абсолютно безучастный ко всему на свете.

Дарелл поискал глазами нож, но не нашел. Взглянув еще раз на Плежер, пересек комнату, встал на колени и дотронулся до Джонни. Тело еще не остыло.

— Мистер Сэм?

Дарелл никак не отреагировал на молящий шопот девушки. В комнате было жарко, низкие прямоугольники окон, смотрящие на гавань, внизу покрылись наледью, а сверху запотели и плохо пропускали свет. Оконные проемы располагались по трем сторонам комнаты, и стало ясно, что башня перегорожена надвое. В четвертой стене находилась незапертая дверь, и Дарелл заглянул в соседнее помещение — никого нет.

Пабло с люгером в руке остался у двери, выходящей на лестницу. Темно-оливковая кожа не могла скрыть бледности лица. Снизу доносился гул голосов.

— Мистер Сэм, развяжите меня, — прошелестела Плежер. — Пожалуйста!..

Он взглянул на нее, но больше всего его занимал шум внизу. Пока не слышно, чтобы кто-нибудь поднимался по лестнице. Да, Пабло — молодец, не подкачал! Дарелл еще раз заглянул во вторую комнату. Дорогая мебель, ковры, обогреватель. Обстановка почти шикарная, только окна без занавесей портили вид. Один угол занимала огромная тахта. В другом — массивный письменный стол. На пустой стене большое зеркало. То есть нечто вроде кабинета и спальни одновременно. По всей вероятности, Генерал сочетал здесь полезное с приятным.

Дарелл направился к девушке.

Пабло не спускал с нее глаз.

— Та самая девственница, амиго?

— Да.

— То, что произошло здесь, нанесло ее целомудрию существенный урон.

— К сожалению.

— А все равно хорошо, — признался Пабло.

— Следи за лестницей! — рявкнул Дарелл.