— Да уж… Он убил моего отца. Его бандиты изнасиловали мою сестру, а другую он отдал Генералу. Марии было четырнадцать лет. Она покончила с собой. Вы знаете, чем занимается Генерал?

— Слышал.

— Хустино — сутенер, поставляет Генералу маленьких девочек. Вся страна была отдана на откуп ему и его банде — тайной полиции. Недалек тот час, когда я его убью.

Дарелл молчал.

— То же самое Хустино сотворит с вашей девственницей, сеньор, если не успеем вовремя. Все еще хотите ехать помедленнее?

— Нет!..

Пабло рассмеялся беззвучно и безрадостно.

Вскоре он подъехал к большому складу напротив бензохранилища и выключил мотор. Кирпичное строение, около которого они остановились, заметно пострадало от времени, явно свидетельствуя о промышленном упадке. Дарелл окинул взглядом вымощенный булыжником проезд. Ни души, тишина и покой.

— Отсюда лучше идти пешком, — предложил Пабло. — Может быть, вернете мой револьвер?

Дарелл протянул превосходный люгер, отобранный у Пабло Барни Келзом. Они двинулись по неровной дороге к мерцавшей вдали узкой полоске темной воды.

— Сколько человек здесь держит Хустино?

В тусклом свете стоящих поодаль уличных фонарей профиль Пабло был четко и тонко очерчен.

— Пятнадцать. Возможно, двадцать.

— И они живут в пакгаузе?

— О нет. Сами увидите.

— Скажи сейчас! — потребовал Дарелл.

Долшли до угла. В соседнем доме светились окна портового бара. Красная вывеска мигала над отелем, скорее смахивавшем на обыкновенную ночлежку. Из бара доносились глухие звуки музыкального автомата.

— Вот там они живут, — показал Пабло. — Но в пакгаузе выставлена охрана — человек шесть, амиго. Отчаянные и опасные ребята, прошедшие школу жестокости и разных способов убийства.

— Каким же образом попасть внутрь?

— Пошли!

Они пересекли улицу и остановились перед темной нишей в деревянной погрузочной платформе.

— Видите его? — повел головой Пабло.

Дарелл посмотрел в указанном направлении. Здание располагалось ниже по улице на самом берегу. На воде не было ни одного судна, но около пакгауза, почти впритык к нему, стоял крытый брезентом грузовик. В пакгаузе было три этажа, и над первым по кирпичной кладке проглядывали белые облезлые буквы "Причал 22". Со стороны гавани над зданием высилась двухэтажная надстройка в виде башни. Ни одно из окон не горело.

Возле грузовика с брезентовым верхом находилось еще одна погрузочная платформа с широким, высоко поднятым над землей и утопленным в глубокой нише дверным проемом. В глубине проема густилась темень, и в ней вроде бы кто-то шевелился, что заметил Дарелл, когда проследил за взглядом Пабло.

— Один из головорезов Хустино, — прошептал тот.

— Долго будет дежурить?

— Охрана стоит всю ночь. Этого сменят в полночь.

— А другие входы?

— Охраняются так же надежно. Пошли.

Вместо того, чтобы двинуться вперед, Пабло сделал шаг назад и сразу исчез. В углублении, где они стояли, оказалась совершенно незаметная дверца, незапертая и бесшумно открывшаяся. Дарелл тоже вошел, и Пабло осторожно прикрыл дверцу. Они очутились в густых влажных потемках. Пахло гнилым деревом, нефтью и крысиным пометом.

Пабло тихо рассмеялся.

— Здесь начинается проход под улицей.

— А ты здорово разнюхал это местечко.

— Разнюхал?..

— Ну, разведал. Стражники не подозревают о твоем персональном подъезде?

— Надеюсь, нет. Сюда, амиго.