— Километров двадцать, а то и более, за синими лесами и находится это поселение, — с жаром вещал мне в трубку некий Колька — сын Нины Петровны из «Семерочки», с которым я все же решила пообщаться, но без личной встречи, дабы не тратить на это лишнее время. Я просто набрала его номер, представилась сотрудником прокуратуры из Тарасова и поведала, что мы интересуемся неким поселением на территории Красноармейска. И по словам очевидцев, в первую очередь по наводке Нины Петровны, он — то бишь Николай, имел возможность лично пообщаться с этими ребятами. Молодой человек действительно оказался каким-то шебутным и совсем не умеющим вести конструктивный диалог, отчего общение с ним было несвязным, а информация, полученная от него, казалась не совсем достоверной — была приукрашена и носила скорее субъективный характер. По поводу «километров двадцать» было практически прямое попадание, а вот что имелось в виду под «синими лесами» — осталось для меня загадкой.

— Организовались они там на месте бывшего монастыря, — продолжал Колька-болтун. — Якобы осели там какие-то городские жители, не факт, что местные, какие-нибудь москвичи долбаные. Решили заняться натуральным хозяйством. Ой, умереть — не встать! Да, поди, нарики какие-нибудь, сидят там траву курят да мухоморы поджирают. Вот и все их натуральное хозяйство. Да года два они там уже, судя по слухам. А может, и три… Не-не, вы их там проверьте, госпожа следователь…

— Они как-то мешают своим пребыванием местным жителям? — уточнила я у него.

— Не мешают. Но ребята подозрительные. Местечко там глухое, запущенное, аборигены туда нечасто выбираются. А если выезжают, их там встречают собаками и ружьями. А в старом Волчьем пруду плавают змеи, и они их якобы вылавливают оттуда и едят. Ну разве это нормально?!

— То есть вы пытались навестить этих ребят, и вас встретили собаками и ружьями?

— Ну как… Да… был там пес, свирепый такой. А парень один там ружьем размахивал… — невнятно отвечал Колька.

— Вам удалось с кем-то пообщаться из этой общины? Или вы просто понаблюдали со стороны?

— Общаться… Да не-е! На кой это нужно?! Ну их… еще заманят в эту свою секту, кто знает, что у них там на уме…

— Николай, со слов вашей мамы Нины Петровны, вы были в состоянии алкогольного опьянения, когда отправились с друзьями в это место. Это так? — строгим тоном спросила я.

— Э-э… Ну как… Поддали, конечно, с ребятами немного самогону, так сказать, для храбрости. А как же без этого?..

— Ясно. Скажите, что вам удалось еще рассмотреть в том месте? Может, что-то особенное привлекло ваше… внимание? — хотелось сказать «пьяное внимание», но я сдержалась.

— Да-а… — протянул парень в трубку, — любопытный был там момент, что на огородах и в саду какие-то молодые люди работали. Немного их там было, но все же…

— Что любопытного в том, что молодые люди трудятся на огороде? — скептически спросила я и даже хмыкнула. — Вы у себя дома не работаете на огороде?

— Да не-е… Дело не в этом. А то, что именно там, в таком месте, у старого монастыря, это выглядело… как-то странно, необычно…

— Понятно.