Я посветила фонариком вокруг и… страх волной прошелся по моему телу еще раз. Что ни говори, а обстановочка вокруг была та еще!

Подземелье… Мрачное, холодное, темное, затхлое — такие обычно описывают в книжках или показывают в дешевых триллерах. Только здесь не было ни паутины в углах, ни закованных в ржавые цепи полуистлевших скелетов. И устроено это странное помещение, как я поняла, под особняком и представляло довольно большой каменный мешок. И выход отсюда был только один — квадратный люк наверху, в который, собственно, я и провалилась. Зачем здесь была устроена эта ловушка — одному богу известно, и я не стала пока озадачивать себя этим вопросом. Здесь не было ничего — ни стульев, ни лежаков, ни даже никакой тряпки или дерюги. Лишь утрамбованный земляной пол и сплошной бетон — сверху и по бокам. И страшная сырость, смешанная с неприятным запахом, исходящим из угла, где зияла небольшая туалетная яма.

— Вероника, — обратилась я к девушке. — Давно ты здесь? Если не ошибаюсь, то несколько дней?

Она вяло кивнула головой.

— Думаешь, здесь есть возможность считать дни? — Она даже умудрилась слабо улыбнуться.

— Получается, тогда, когда я проводила тебя до Красноармейска, ты не поехала в эту свою чертову Шангри-Ла, а решила остановиться якобы у своей подруги, то есть у Яны…

— Да, — буркнула она. — Я все сомневалась, стоит ли возвращаться к этим ушлым ребятам, которые уже напрямую намекали, чтобы я отдала им свою квартиру, сделала дарственную на… Ну, в общем… Хотя мне по-своему нравилось у этих ребят, они давали такой вкусный необычный чай… И с ней, — она кивнула наверх, — мы неплохо там общались, она казалась такой приятной девушкой, хорошей собеседницей. А получилось, что я оказалась в лапах настоящей маньячки…

Вероника рассказывала с таким спокойствием и обыденностью, что это меня слегка напугало. Похоже, она уже привыкла к мысли о смерти, а значит, и потеряла надежду когда-либо выбраться отсюда.

Всю эту мрачную обстановку хотелось хоть как-то, но разрядить.

— Расскажите, девушки, как вы тут проводите время? — совсем неуместным в данной ситуации веселым тоном спросила я. Но нагнетать страху еще больше не хотелось, а так я хоть слегка попыталась разрядить эту угнетающую мрачную обстановку. — Как ведет себя эта сумасшедшая? Она дает как-то о себе знать? Может, она… как-то навещает вас? Спускает вам еду и воду?.. Она как-то пояснила, что ей от вас нужно? Для чего она вас тут поместила?

— А чего рассказывать, если мы сами ни хрена не понимаем, — отозвалась из своего угла Лена. — Эта психопатка ничего не говорит, только воду иногда в бутылке спускает и хлеб. И иногда через открытый люк смотрит на нас своим ненормальным взглядом, словно на… каких-то подопытных крыс, такое ощущение, что забавляется от этого процесса, словно получает какой-то кайф. Вот кто бы мог подумать, что я стану жертвой какой-то маньячки! — Она снова заскулила, обняла свои колени и затряслась нервной дрожью.

— И часто она вас так… посещает? — спросила я.

— Не-не знаю… Когда ей в голову взбредет, — проблеяла девушка.

— Ну, с какой-то периодичностью она доставляет вам воду и хлеб? — Осмотревшись, я заметила в стороне пустые пластиковые бутылки. Уже радовало то, что эта ненормальная не морила полностью девушек голодом.

— Я думаю, раз в день… точнее, в сутки. А может, и реже, — отозвалась Вероника.

Я посмотрела наверх, где был расположен люк.