– Всем лечь на пол! Это ограбление!!

Через щелочку между двумя половинками занавеси он увидел, как в магазин хозяйским шагом вошли трое милиционеров. Вениамин Васильевич еще подумал: почему служители порядка ведут себя, словно бандиты: лечь на пол… ограбление… Но через несколько минут, когда он услышал выстрел, понял, что это и есть настоящие бандиты. Просто они переодеты в милицейскую форму, чтобы половчее осуществить ограбление. Потом послышались еще выстрелы. Два последних, от которых застыла в жилах кровь, прозвучали совсем недалеко от примерочной…

Власьев не видел, кто конкретно из бандитов стрелял и в кого именно. Он застыл деревянным истуканом в закутке примерочной, отгороженной от близко происходящих страшных событий тонкой занавесочкой, к тому же не до конца задернутой и образующей щелочку, в которую он боялся глянуть. А вдруг бандиты заметят его глаза? Или почувствуют, что на них кто-то смотрит? Ведь так бывает: чувствуешь на себе чей-то взгляд, оглядываешься и видишь: да, на тебя смотрят…

На миг Вениамин Васильевич представил, как кто-то из этих троих, облаченных в милицейскую форму, вдруг решит проверить, нет ли кого в примерочной. Пойдет к ней и резко раздвинет половинки занавеси. А потом… увидит его.

«Ой, а чего это вы тут делаете?» – спросит бандит, внимательно оглядывая Вениамина Васильевича. А затем, осклабившись, достанет револьвер и выстрелит ему прямо в переносицу. На миг он увидит яркую вспышку. Горячий свинец проделает в его мозгу тоннель и вылетит наружу, вырвав из затылка кусок черепной коробки. В этот момент он обо всем забудет. Дальше – небытие! И не надо будет ни нового костюма, ни хромовых ботинок, ни фетровой шляпы. Ничего уже не надо будет. Потому как его, Вениамина Васильевича Власьева, тоже уже не будет… Все останется в прошлом, как и он сам.

Власьев не решился выйти из своего укрытия даже через полчаса после того, как бандиты покинули промтоварный магазин. Он так и стоял в примерочной, как истукан, боясь пошевелиться. И дышал неглубоко, таким образом, чтобы было не слышно даже ему самому. А потом приехали люди. Он слышал, как они ходили по торговому залу, переговариваясь между собой. Один из этих людей подошел к раздевалке и отодвинул занавесь. И увидел Вениамина Васильевича. Он стоял, зажмурившись, а когда его тронули за плечо, тонко вскрикнул и открыл глаза.

– Вы их видели? – не сразу спросил человек, тронувший его за плечо.

– Нет, – машинально ответил Вениамин Васильевич. Потом, взяв себя в руки, сказал правду: – Видел, когда они вошли.

– Сколько их было? – задал человек очередной вопрос.

– Трое, – ответил Власьев и стал снимать с себя пальто. – И одеты они были в милицейскую форму.

– Что? – переспросил человек, раздвинувший занавесь примерочной.

– На них была милицейская форма, – повторил Вениамин Васильевич, опасаясь посмотреть спрашивающему его человеку в глаза.

Потом Власьев повторил показания под протокол. Следователь в очках, что его вторично допрашивал, записал его данные, место жительства и работы и отпустил домой.

– Если вы нам понадобитесь, мы вас вызовем, – предупредил следователь и потерял к Власьеву интерес.