– Ты зачем это девушку обидел? – задал он вопрос парню. – Тебя разве в детстве не учили, что девушек обижать нехорошо? – добавил он и недобро глянул на Сергея.

– А ты кто такой, чтобы мне морали читать? Детей своих учи, что и как делать. И жену свою поучи борщи варить. А меня учить не надо… – Парень был, похоже, не робкого десятка. Или же перед Настей ему не хотелось ударить в грязь лицом. – Что, нового хахаля себе завела? – перевел он взгляд на Настю. – Быстро же ты, однако, замену мне нашла…

Сильный удар в лицо был для Сергея неожиданным. Он охнул и закрылся обеими руками. Но это отнюдь не помогло. Второй удар заставил его согнуться, а третий, не менее сильный, нежели первый, направленный сверху вниз, обрушил Сережу на землю.

– Еще хочешь? – наклонился над ним круглоголовый.

Парень молчал.

– Я тебя спрашиваю, еще хочешь? – повторил защитник Насти и зло ощерился.

– Нет, – негромко простонал в ответ.

– Ну вот, – посмотрел молодой мужчина на Настю. – Парень все понял и обижать тебя больше не будет. Так? – несильно пнул Сережу круглоголовый.

– Так, – тихо ответил парень.

– Видишь, больше он тебя не будет обижать, – повернулся парень к Насте.

Она кивнула и, даже не посмотрев на поверженного Сережу, гордо подняв голову, пошла прочь. Она была вполне удовлетворена, увидев унижение того, кто, в свою очередь, растоптал ее честь. Теперь, по крайней мере, они были на равных…

Молодой человек, столь достойно и по-мужски выяснивший отношения с Сергеем, вызвался проводить девушку домой. Отказать ему после всего случившегося было бы верхом неприличия и неблагодарности. По дороге они наконец познакомились.

– Настя, – назвалась девушка.

– Сэм… то есть Семен, – назвал себя молодой человек с круглой, как у кота, головой.

Когда Сэм вернулся домой – комнату в коммуналке по улице Деловой, что в Пороховой слободе, – то долго не мог уснуть. Скабрезных картинок, что иногда приходили ему в голову после знакомства с девушкой, а тем более с марухой, его мозг не рисовал. Напротив, мысли, касающиеся Насти, были правильными. Конечно же, он желал ее как женщину, но в первую очередь ему хотелось быть с ней рядом.

На следующий день он подъехал к ее дому на Евангелистовской улице, сел на лавочку у подъезда и стал дожидаться ее прихода, кляня себя за то, что не поинтересовался у Насти, где она работает или учится, а главное – что сплоховал и не назначил ей встречу-свидание. И потом, сам факт свидания говорит о том, что какие-то отношения между мужчиной и женщиной уже завязались, далее они будут развиваться и перерастут в нечто большее, чем дружба.

Сэм просидел на лавочке около трех часов. Он просидел бы и дольше, но в этом не случилось надобности: звук приближающихся шагов заставил его вскинуть голову, и он увидел Настю.

– Вы? – задала вопрос девушка (почему-то обратившись к Сэму на «вы»), увидев его сидящим там, где обычно сидят две-три старушенции, перемывающие косточки своим соседям.

– Я, – ответил Семен.

– А… что вы тут делаете? – поинтересовалась Анастасия, хотя прекрасно осознавала, что молодой мужчина находится здесь именно из-за нее. Прозвучавший вопрос выглядел неуместным, однако следовало делать вид, что она несказанно удивлена его появлению, иначе Семен может подумать, что где-то в глубине души она надеялась на встречу с ним.

– Тебя жду, – промолвил Сэм.