Гималай Кузьмич если и удивился предложению, то виду не подал, и начал переводить почти без запинки. К своему удивлению, Владимир Алексеевич понял почти все, за исключением отдельных слов. Но, главное, понял смысл.

– Вот у нас и дополнительные занятия по насущно необходимой нам всем дисциплине. Надеюсь, по ходу эти занятия будем продолжать и сделаем их частыми и естественными, вплоть до бытового уровня. Это должно помочь нам в дальнейшей работе, – далеко не так бегло, как Слепаков, сказал по-испански подполковник Кирпичников, но сразу же перешел на русский язык: – Я, кажется, все правильно сказал?

– Не совсем, но понятно, – Гималай Кузьмич невозмутимо, как терпеливый учитель школьнику, объяснил ошибку подполковника в употреблении определенного артикля «el». И не забыл поочередно посмотреть на остальных офицеров на случай, если кто-то еще пожелает проверить свои знания испанского языка. Но они, прекрасно понимая, что могут запутаться при произнесении даже простейших фраз, в разговор вступать не намеревались.

– И поторопитесь с положением, Гималай Кузьмич, – сказал подполковник Кирпичников уже без попыток перейти на испанский. – После обеда у нас серьезные теоретические, а потом и практические занятия; вам тоже необходимо будет на них присутствовать. Значит, все дела следует закончить раньше…

На теоретических занятиях группа занялась изучением основной темы предстоящей операции. Не целей и задач, а пока только темы, которая вызвала необходимость провести саму операцию. То есть офицерам оперативной группы предстояло наконец узнать, что и где они будут делать.

Руководил занятиями, как это было и перед прошлой операцией, в которой участвовало только три человека, профессор Иван Иванович Иванов. И начал он с того, что вынужден торопиться.

– Вы, должно быть, уже знаете, что наша нынешняя операция называется «Проект «Конкистадор». Название, могу вас смело уверить, вовсе не означает, что вам предстоит искать Эльдорадо и уничтожать бедных индейцев. На вас даже не возлагается миссионерская функция приведения индейцев к христианству. Название операции связано исключительно с местом проведения, а не с манерой поведения и не с задачами. Ваш аделантадо уже в курсе дела. Не знаю, довел ли он до общего сведения…

– Нет, Иван Иванович, еще не доводил, – сказал Кирпичников.

– Значит, опять придется мне… Ладно. Как обычно у нас бывает, не мы сами определяем время проведения операции «Проект «Конкистадор», а внешние обстоятельства. И потому мы вынуждены форсировать события и готовиться почти в форс-мажорном режиме. Не совсем в форс-мажорном, но близком к тому. К сожалению, группа еще не полностью укомплектована личным составом. Ожидается прибытие еще трех офицеров. Но я вынужден начинать уже сейчас, поскольку никто не знает, когда поступит команда «На старт!». С новыми членами группы, если они все же появятся, будет индивидуально работать аделантадо.

– Да, я это беру на себя, – согласился подполковник.

– Начну с предыстории. Она короткая. Значительная часть торгового экспорта России выпадает на торговлю оружием. Это то немногое, что мы еще не разучились делать, хотя тоже уже в значительной мере теряем некогда незыблемые позиции. И рискуем нести ощутимые потери в дальнейшем, если не будем предпринимать конкретных и адекватных ситуации мер. А меры эти предпринимать пора, потому что наши конкуренты на месте не сидят. Так, например, власти США всеми доступными и недоступными – я бы даже сказал, достойными и недостойными – способами пытаются помешать России продавать оружие Венесуэле. Раньше, до прихода к власти национально-патриотического правительства во главе с президентом Чавесом, Венесуэла закупала только американское оружие, и боеспособность венесуэльской армии в значительной степени зависела от своевременности поставок расходных материалов и запасных частей к сложной технике.