— Посмотрим, — зачарованно улыбнулся я, вспомнив о Варваре.

— И смотреть нечего! В Доме кино, может, и посмотрят. На фестиваль поедешь — один, другой, третий. И что? Родина-то тебя все равно не поймет!

— Эх, Владимир Николаевич! — с досадой воскликнул я. Но ничего не добавил, а просто молча вышел из кабинета.

«Волнистый сделал свое дело», — удовлетворенно подумал я, закуривая.

И тут же на ум само собой пришло: «Волнистый может уходить».

13

Легкий на помине, Волнистый позвонил мне почти сразу, как я оказался рядом со служебным телефоном.

— Ну как тебе сюрприз, старик? — спросил он не особенно радостным, как мне показалось, голосом.

— Спасибо, конечно, — неловко ответил я.

— Своими собственными усилиями ты бы тут точно ничего не добился, — продолжал хвалиться Волнистый.

— Да знаю, знаю… Еще раз спасибо.

— Одна только заминка, — вдруг озадаченно сказал Волнистый. Я напрягся:

— Что такое?

— Сценарий, понимаешь, на самом деле никому не нравится. Только мне.

Мне показалось, что я догадался, о чем он.

— Понимаю. В общем, под влиянием большинства ты пересмотрел свое мнение — и теперь тоже не видишь в этом сценарии ничего хорошего. Так?

— Ну что ты, старик, — недовольно отозвался Волнистый, — обижаешь… Когда это я поддавался влиянию большинства?.. Нет, плевать мне на них на всех, раз они ничего не смыслят… Но дело, видишь, в том… Короче, сценарий даже и Варе не нравится. Вот так. Я прямо не ожидал…

Я чуть не крякнул от досады, но сдержал себя.

— Так, так, — только и сказал я. — Ну что ж, значит, видно, придется устраивать пробы…

— Нет-нет, ни в коем случае! — поспешно перебил Волнистый. — Варя будет сниматься!

— То есть как? Сценарий ей не нравится, но она согласна? Потому что ты ее уговорил, да?

— Нет, — цокнул языком Волнистый, — я как раз не смог уговорить. А вот ты сможешь! — неожиданно заключил он.

— Каким образом? — не понял я. — Я с ней даже не знаком.

— В том-то и дело! — воскликнул Волнистый. — Ты с ней познакомишься — ну и уговоришь. Ты сможешь, я уверен.

Я не совсем понимал, к чему он клонит.

— Ну а как это устроить? Что я могу? Только вызвать ее на пробы. Но раз она прочла сценарий и не заинтересовалась, то что — другой сценарий ей предложить?

— Нет, нет, — говорил Волнистый. — И я так и представлял себе, как он усердно мотает своей тяжелой головой. — Не надо никаких проб и никаких вызовов. В лицо она тебя не знает. Ты ее… Ну ты-то, конечно, ее узнаешь? Уже что-то с ней посмотрел, правда ведь?

— Правда, — не стал скрывать я. — Узнаю, конечно.

— Не буду даже спрашивать, как она тебе. — К Волнистому вернулось его обычное самодовольство. — И так знаю, что ты в ошеломлении… Ну так вот, ты попросту подсядешь к ней в ресторане, вы разговоритесь, то да се, потом скажешь, что ты режиссер — ну и дальше все, конечно, само собой получится.