|
Здесь не было ни Корнеллов, ни Бенсонов, ни Фитцджеральдов (последних здесь водилось так много, что казалось, будто вся Ирландия перебралась в Лондон). Особенно Корнеллу не хотелось встретить самого старшего из этого клана — Спитли Фитцджеральда. Старик так любил обниматься и у него всегда были настолько грязные руки, что потом ни одна химчистка не взялась бы привести костюм в порядок и вернуть ему первозданный вид.
Уличные торговцы уже начали сворачивать свою торговлю, закрывались ларьки и лавки. Джерри решил, что пора заняться делом, которое привело его сюда. Чем быстрее все это кончится, тем лучше. Самое скверное, что на сей раз встречи с дорогими родственничками не избежать никак. Придётся быть и радушным, и щедрым, иначе разузнать ничего не удастся. — Джерри, старина! Привет! В этом возгласе было все — и лесть, и фальшивая радость. Корнелл тяжело вздохнул — началось… Изобразив на лице подобие улыбки, он обернулся. Увидев, что кузен улыбается, Бенни Корнелл оторопел. Он был почти одного возраста с Джерри, но на целый фут ниже. А может, это только казалось, потому что он все время сутулился. На нем был драный пиджак «битлз», потёртые белые джинсы и дешёвые сапоги на высоких каблуках. Грязные слипшиеся волосы свисали на восемь дюймов ниже воротника. Все пальцы были унизаны кольцами, которые Бенни купил, а скорее всего, наверняка спёр у Вулворта. Бенни Корнелл носил скудную бородёнку и жидкие усики. Пара длинных волосин на подбородке и под носом — вот и все, что ему удалось отрастить. Большие карие глаза казались влажными и мутными. Обнаружить в них какое-то выражение было пустым занятием. — Как твои дела? — спросил он. — Как мои дела? — машинально переспросил Корнелл. — О, у меня все в порядке. А как ты, Венни? Вопрос был чисто светским. Джерри хорошо знал ответ на него. Бенни поморщился. — Так себе, Джерри… Приятного мало… Сам знаешь, как это бывает… Заметив на тротуаре окурок, он нагнулся, поднял его и сунул в карман, но проделал все это настолько механически, что вряд ли осознал то, что делает. Джерри ничуть не удивился. Подбирать окурки, как, впрочем, и ковырять в носу, было едва ли не поголовной привычкой Бенсонов, Фитцджеральдов и всех его здешних родственников. Бенни тяжело вздохнул. — Сам-то я не могу пожаловаться. Разве что на здоровье, как обычно. Однако кое-как выкручиваюсь. На мне ещё и старики висят… Работать не могут, вот и приходится… Бенни потрогал свой нос, потом словно удивился, обнаружив его на лице, и окинув кузена оценивающим взглядом, огляделся по сторонам. Деловая жизнь Портобелло-стрит затихала, пустели лотки, прилавки. Бенни надеялся, что у кого-то из продавцов хоть что-нибудь заваляется, закатится в укромное местечко, и никто, кроме него, не заметит пропажу. Но нынче ему явно не везло. — В наше время всем приходится непросто, Бенни, — философски заметил Джерри, сунул руку в карман и нашарил там две монеты. Для Бенни Корнелла этого было более чем достаточно. — Да… — неопределённо протянул он. — Я здесь, собственно, по делу, — заговорил Джерри. — Ты, наверно, не в курсе — я работаю на одну страховую контору… — Неужели? — оживился Бенни. — Сегодня тут у вас на Портобелло-стрит извозчик наехал на одного парня… — продолжал Джерри. — Ты об этом что-нибудь слышал? Кто его сбил? Бенни отлично расслышал звон монет в кармане двоюродного брата и, не задумываясь, загнал бы ему информацию, если бы что-то знал. Но рискнуть стоит. — Как тебе сказать… — нерешительно начал он. |
