— А чего тебя смущает? — бросил Новик.

— На штаны его посмотрите, — усмехнулся Буслай. — Там синяя соль. Он выходил за границу круга.

Глава 27

Я мигом опустил взгляд на свои ноги. Бегло осмотрел штаны и не обнаружил никаких следов синей соли.

У Третьяка тоже ничего не было. Зато на левой штанине Радко в области бедра откуда-то взялись вкрапления синего порошка.

— Я же говорил! — продолжил доказывать Буслай. — Рыжий уже выбыл. Он не должен быть здесь — с нами. Вы только не подумайте, что я специально хочу подставить кого-то из участников, мастер Новик. Как раз наоборот. Я за честное соревнование. Именно поэтому мне и хотелось бы, чтобы вы разобрались с этой ситуацией.

Да откуда вообще этот урод взялся? А ведь Радко говорил, что Буслай нескольких людей вытолкнул за пределы границы испытания. Готов поклясться, что Новик должен знать об этом.

Но если Скиталец знает, что Буслай жульничал, то почему он позволяет ему продолжать участвовать?

Стоп. Нет. И снова я мыслю не в том направлении. Новик не запрещал выталкивать других участников. Условий поражения всего два.

Одни выбывают, если попадают под удар Новика, другие — если покидают территорию вступительного испытания.

Значит, Скитальцы подразумевали, что некоторые участники будут мешать друг другу? Но какой в этом смысл? Если тот же Буслай дойдёт до самого конца и вступит в гильдию, то… Какой от него будет толк? Он ведь вовсю показывает, что ему ни в коем случае нельзя доверять.

Либо Скитальцы не продумали свои же испытания, либо во всём этом кроется какая-то загвоздка. Возможно, всё куда сложнее, чем я думаю.

— Я… Я не пересекал линию! — начал оправдываться Радко. — Клянусь, мастер Новик. Не было такого!

— Как же не было⁈ — крикнул кто-то из толпы прошедших участников. — Нам ведь чётко сказали, если найдут следы синей соли, значит пора выходить из соревнования. Провалил экзамен, рыжий! Наберись смелости это признать!

— Всем тихо! — рявкнул Новик, а затем обратился к Радко: — Покрутись. Сейчас будет решаться твоя судьба.

Мой друг тяжело вздохнул, расставил руки, медленно повернулся. Показал Новику всю свою одежду. Но соль была только на штанине.

Хм… Причём в очень странном месте. Интересно, обратит ли на это Новик внимание? Если нет — я всё же попытаюсь оспорить его решение. Здесь что-то не так. Радко явно хотят подставить. Но спускать с рук это нельзя. Сначала из соревнований выкинут его, потом других честных участников или меня самого.

Нужно поставить Буслая на место.

— Как тебя, говоришь, зовут? Радко? — уточнил Новик.

— Да, всё верно.

— Ты выбываешь из вступительного экзамена до выяснения обстоятельств, — заключил Новик. — Правила едины для всех.

Ну, тут уж я удержаться никак не могу.

— Синяя соль находится на внутренней части бедра, мастер Новик, — вмешался я.

— Эй, не лезь к судье, мелочь! — прикрикнул Буслай.

— Кажется, тебя я попросил помолчать, — Новик грозно взглянул на Буслая. — А ты, Лад, к чему это говоришь? Что это меняет?

— Мы знаем, что синяя соль въедается в одежду. Стереть её он никак не мог, — продолжил объяснять я. — Но каким же образом он должен был пересечь линию так, чтобы следы остались только на бедре? На шпагат, что ли, сел?

Несколько человек в толпе участников рассмеялись.