Пока еще события управляли им, а не он событиями.

Ждать…

Глава 24

Промчавшись сквозь седеющую ясность зари подобно какому‑то созданию смутных очертаний из серебристого металла и света, массивный ракетный корабль опустился примерно в 6 часов утра в Лагере «А» на Урале.

Когда скорость начала снижаться, Делинди оторвала взгляд от ТВ‑экрана, на котором автоматические камеры, следившие за ними с посадочной полосы, показывали их приземление. Она слегка обалдело взглянула на Мартина, напряженно улыбнулась, а затем сглотнула и перевела дыхание.

– Какое чудо! Ты часто так летаешь?

Марин, который за восемнадцать лет совершил более двухсот ракетных перелетов, покачал головой:

– Это слишком опасно, – ответил он и мило улыбнулся.

Подняв руку, она погладила его по щеке и сказала:

– Ты всего лишь скромник с манерами эгоиста, не правда ли, дорогой?

– Это только потому, что я тебя люблю, – ответил Марин.

Он на мгновение изумленно закрыл глаза. Он не мог сказать, рискнет ли он хотя бы приблизиться к этому водовороту чувств.

Он откинулся в кресле, зная наверняка, что Делинди смотрит на него и что его слова не оставили ее равнодушной.

– Звучит правдиво, – мягко сказала она. – Неизвестно, будет ли это когда‑нибудь еще звучать столь же правдиво.

– Я об этом не думал, – сказал Марин. Но уверенность к нему возвращалась. Он пересек некий внутренний мостик и снова был в безопасности, оказавшись на прочном грунте небрежного разговора. Он сменил тему. – Я хотел бы, чтобы ты демонстрировала свою красоту только мне. На мой вкус, наша спальня прелестно обставлена. Думаю, ты найдешь ее вполне удовлетворительной, учитывая, что это на один‑два дня.

– Ты уже говорил мне это раньше, дорогой. Разве не помнишь?

– Говорил? – Марин на мгновение удивился. – Да.., думаю, да. Сейчас у меня голова занята только этими маневрами.

«Маневры!» – подумал он. Он все еще так это называл, особенно в разговорах с Делинди. На самом деле он о них почти не думал.

Его мысли почти полностью занимала нависшая над ним смертельная опасность. Он все еще продолжал биться головой в стену.

Когда машина доставила их в официальную резиденцию и они двинулись по дорожке вглубь сада, молодой человек, очевидно, дожидавшийся их в уголке на скамейке, поднялся и пошел навстречу. Узнав в этом крупном парне своего сына, Дэвида Берли, Марин притормозил. В данный момент у него не было желания знакомить Делинди со своим отпрыском. Он ощутил прилив недовольства отца сыном, который не особо старался сравняться с мужчинами их семьи. Его собственный отец был в числе величайших воинов времен начала войны. Да и сам он, разумеется, чего‑то стоил. А тут был его старший ребенок, даже не стремящийся к чему‑либо значительному в жизни.

Молодой человек подошел и с уважением произнес:

– Привет.., э‑э.., папа.

Марин кивнул и повернулся к Делинди:

– Дорогая, познакомься с молодым человеком, о котором я сам узнал только пару дней назад. Его мать прислала мне жетон во время моих первых игр по поиску партнера.., а у меня хватило смелости завоевать право на нее. Удивительно, какие шутки порой играет время…

Делинди протянула ему руку, улыбнулась и сказала:

– Сын Марина – мой друг.

Молодой человек ошарашенно уставился на нее. Выражение его лица недвусмысленно говорило о том, что еще один самец попал под обаяние ее совершенной красоты.

– Э‑э… – пробормотал он, – Я очень счастлив.., очень счастлив с вами познакомиться.

Марин был вынужден спасать положение. Парень был явно не в состоянии общаться со зрелой и привлекательной женщиной.