|
Он буквально за секунды восстанавливает здоровье человека, останавливает кровотечения, заживляет раны… — Да, это чудо, — и впрямь как на сказочное чудо хлопал на девушку глазами Сергей. — Но она здесь оказалась не вдруг… — Кстати, а где это мы? — стала озираться вокруг Анна. — Ты совсем ничего не помнишь? — спросил я. — Помню бой… Мы с Матросом ползли к лесу. Потом — вспышка, боль… Больше ничего. Так что все-таки случилось? Где мы?.. Девчонка собралась выйти из-за штабеля кирпичей, но мой двоюродный брат схватил ее за руку. — Не высовывайся! Мы в лагере «свободовцев». — А почему мы здесь?.. — заморгала Анна. И мы с Серегой, перебивая друг друга, торопливо и кратко рассказали ей, что с ней случилось, и что, собственно, предприняли для ее спасения мы. Анна была откровенно ошарашена. — Вы пошли выручать меня?.. — прошептала она. — Пошли почти на верную гибель?.. Ведь вы спокойно могли возвращаться домой! Я ведь вам больше была не нужна!.. — У вас что, все тут такие, в вашем будущем?! — не сдержавшись, выпалил я. — Какие «такие»?.. — Белые и пушистые, — мрачно процедил Серега и сплюнул. — В гробу я видал такое будущее. — Да я… — залепетала вмиг покрасневшая Анна. — Да вы… Простите!.. То есть спасибо!.. То есть я хотела сказать… — Ты лучше ничего не говори, — отрезал Сергей. — Тем более такого, что ты только что наговорила. Да и не до разговоров сейчас. Командиром группы назначаю себя. Слушайте все сюда. Сталкеров-зомби у нас осталось всего восемнадцать… э-э-э… человек. Чуть больше половины от первоначального состава. Здесь же, по предварительным прикидкам, не менее тридцати вражеских бойцов. Думаю, даже больше. Здание они знают прекрасно, в отличие от нас. Разумеется, все входы-выходы они держат под постоянным прицелом, а нам даже пока неизвестно, где именно расположены эти входы-выходы. Пока мы их ищем, в нас будут стрелять из окон, из-за всевозможных укрытий, так что, когда мы доберемся до входа в здание… если мы до него доберемся — нас хорошо если останется половина. Остальных перебьют, когда мы будем пересекать дверной проем. Брат сделал паузу, и я сразу же ею воспользовался. — И что ты предлагаешь? Взять их в осаду? — Каким образом? — То есть… ты предлагаешь отступить?.. — сдвинула брови Анна. — Мы никуда и не наступали, — хладнокровно посмотрел на нее Серега. — Я предлагаю просто уехать. За воротами стоит джип бандитов, им мы и воспользуемся. Грузовик же взорвем, пара гранат у нас есть, так что погони можно не опасаться. — Но мы же собирались их всех уничтожить, искоренить дотла! — сжав кулаки, воскликнул я. — Мы не знали тогда, каким будет расклад. В данных же обстоятельствах я считаю риск от подобной «карательной операции» неоправданным. Нашей основной целью было освобождение Анны. Мы ее достигли. Все, объявляю отход. Возражения не принимаются. Анна презрительно фыркнула, но спорить почему-то не стала. А меня обуяла такая досада, мне так хотелось отомстить этим фашистам за все, что я едва сдержался, чтобы не наговорить брату обвинительных колкостей. |
