|
— Понимаете, — извиняющимся тоном заговорил он, — лязг, грохот, я не услышал писк детектора… — Мы не услышали, — поправила его Анна. — Да, мы, — кивнул Штейн. — Еще тучи эти сгустились… В темноте очень трудно заметить «жарку». Даже в свете фар… — Ее и днем-то заметить не всегда получается, — опять вставила свое слово девчонка. — Ты обещала показать, — напомнил я. — Иди за мной, — сказала она. — Вперед не лезь, поджаришься. Мы двинулись к носу вездехода. Сергей неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал и принялся помогать ученому. Отойдя от кабины всего метра на два, Анна подняла руку. — Все. Стой и смотри. Я замер, пристально вглядываясь вперед. Фары вездехода высвечивали прямо перед нами негустой кустарник. Вокруг, похоже, также были кусты, но на контрасте с ярким светом глаза различали их лишь как темные сгустки. Анне тоже не понравилось такое освещение. — Сейчас выключу фары, — мотнула она головой. — А ты пока стой, где стоишь, и не двигайся. Девушка пошла назад. Я услышал, как она сказала о своем намерении Штейну, но в ответ услышал сердитый голос брата: — Вы бы лучше помогли, а не мешали! — Чем же я тебе помешала? — вновь раздался голос Анны. — Тем, что и так темно, а ты еще темнее хочешь сделать. — По-моему, фары светят совсем в другую сторону, и выключить я их собираюсь всего на пару минут. — Да пусть выключает, — вступился за девушку Штейн. — Ненадолго же! Чего ты, Матрос, на нее взъелся? Да и локализовать аномалию все равно ведь нужно, если мы дальше собираемся ехать. — Или идти, — пробурчал брат. — Или идти, — будто увидел я, как закивал ученый. — Тогда тем более нужно. Выключай, Анна, выключай. Вскоре фары погасли, и в первые несколько мгновений мне показалось, что наступила глухая ночь. Но глаза быстро привыкли к смене освещения, и вокруг стало даже лучше видно, чем при электрическом свете. Во всяком случае, теперь я вполне отчетливо различил, что нас действительно окружает негустой кустарник, а чуть дальше впереди, на фоне хоть и мрачного, но все-таки более светлого неба, чернели кроны деревьев. — Это и есть тот самый лес? — показал я на них подошедшей ко мне Анне. — Да. Мы совсем чуть-чуть не доехали. А теперь смотри внимательно… Нет, давай-ка отойдем к вездеходу. Мы отступили к самой кабине. Девушка достала горсть болтов и швырнула их вперед. В полумраке сложно было определить точное расстояние, но мне показалось, что вспыхнуло как раз там, где мы только что стояли — раз, другой, третий… Болты словно превратились в маленькие солнца, шаровые молнии, а потом с шипением брызнули в стороны искрами электросварки. В лицо пыхнуло жаром. Я невольно зажмурился, продолжая видеть плавающие перед глазами разноцветные пятна. — Извини, — сказала Анна. — Она оказалась еще ближе, чем я думала. Хорошо, что отошли. Я разлепил веки. Впереди, совсем, как показалось мне, близко, сердито шипя, горели мокрые кусты. — Я еще кину, — предупредила девушка, — надо определить границы. |
