В шести футах до стены я обернулся.

— Помни: стой в четырех шагах позади, подойдешь ближе только в том случае, когда я скажу «нож».

— Не дура, — буркнула она и заняла позицию.

У меня не было времени, чтобы ответить. Второй громила, которого я не успел ранить, уже бежал на меня, размахивая дубинкой.

Я подпустил идиота на четыре фута и просто ткнул клинком вперед — его дубинка пролетела мимо в нескольких дюймах от моего лица. Если у вас короткое оружие, то не стоит просто бежать вперед, размахивая им, на противника с длинным острым оружием. Ему лишь останется вытянуть руку вперед, и с вами будет покончено. Так и случилось.

Остальные громилы начали осторожно подходить. Проклятье. У них у всех были клинки и небольшие щиты; они переглядывались, улыбались и медленно шаг за шагом двигались в нашу сторону, зная, что в узком переулке лучше всего держаться вместе.

— Нож. — Я протянул руку назад. — Нож! — снова крикнул я, так ничего и не получив. Парни стояли уже в шести футах, когда холодный металл наконец-то лег мне в ладонь.

— Простите! — выдохнула Алина. — Он застрял.

Я давно уже не смазывал клинки и держатель маслом — неудивительно, что она едва вытащила его. Проклиная собственную леность, я метнул нож снизу. Видимо, в этот миг я угодил какому-то святому, потому что клинок по самую рукоятку вонзился в бедро нападавшего. Плащеносцы метают ножи меньшего размера, их конец заточен, как перо, и оставляет очень неприятные отметины на теле, если ты вообще сможешь извлечь нож из раны.

— Кест, Брасти, арбалеты к бою! — крикнул я, глянув на крыши домов и одновременно отражая удар в лицо. Нападавший на мои слова не купился — стоявший же за ним прикрыл голову руками в безнадежной попытке защититься от стрел. Если деретесь с толпой, то полезно время от времени выкрикивать угрожающие фразы вроде «Лучники!», «Огонь!» или даже «Гигантский летающий кот!». В пылу битвы это чаще всего отвлекает внимание противника, а в такой драке каждая секунда — это лишняя возможность нанести удар или избежать его.

Я воспользовался шансом и, сделав выпад, ткнул рапирой за спину парня передо мной, чтобы пронзить его более осторожного друга. Опасный маневр по двум причинам. Во-первых, потому что ваш клинок находится далеко за линией противника и у него появляется шанс поправить свое положение прежде, чем вы успеете защититься. Я пошел на риск, потому что этот парень был не слишком ловок и дрался более тяжелым, а значит, и более медленным клинком. Во-вторых, не стоит наносить удар в грудь, лучше в живот, в пах, в бок — в общем, туда, где находятся ничем не защищенные органы. Лицо — тоже неплохая цель. А в ребрах замечательным образом застревают клинки, особенно если человек валится на спину. Именно это со мной и случилось: я почувствовал, что держу умирающего на своей рапире.

Его товарищ быстро понял, что меня ждет, и одарил меня широкой тупой улыбкой громилы, который загнал противника в угол. Бедняга, поди, никогда не слыхал о летающих клинках Фалькио.

Наверное, вы тоже не слышали, так что придется объяснить. Когда я только начинал служить плащеносцем, меня осенила гениальная идея насчет того, чтобы оснастить гарду рапиры спиральной пружиной с небольшим рычажком, чтобы при надавливании большим пальцем клинок отскакивал и поражал противника на расстоянии. Блестящая мысль, не правда ли?

К несчастью, Кест, Брасти, король и особенно королевский оружейник Хеймрин объяснили, что у такой маленькой пружины недостаточно силы, чтобы отстрелить двухфунтовый клинок рапиры на большое расстояние. В результате, когда я наставлял на кого-то свою очень — очень дорогую рапиру и нажимал рычажок, клинок просто отделялся от гарды и шлепался на землю.