Щеки Руа пылали.

– Мне все равно…

Из дальнего конца палатки донесся звонкий смех, и Руа умолкла. Она подняла голову и увидела четырех молодых ведьм, стоящих у входа. Как только ее взгляд остановился на них, ведьмы тут же убежали.

– Они рады тебя видеть, – сказала Анерин и отдала стакан Руа.

– Я не заслужила их восхищения, – ответила она, подумав о горе трупов на снегу у Вурстина.

Анерин прикрыла глаза и поморщилась, вздохнув, – она явно пыталась сосредоточиться, чтобы унять боль.

– Ты владеешь мечом, созданным моим народом. Ты будешь использовать меч, чтобы спасти его.

– Я использовала клинок, чтобы убивать тебе подобных, – возразила Руа.

– То, что ты сделала с сурааш, – это благословение, а не проклятие, – пробормотала Анерин, снова открывая глаза.

Руа вспомнила надпись на мхенбике, выгравированную на ножнах Бессмертного клинка.

Каждый удар – это благословение или проклятие.

Руа покачала головой, но Анерин положила нежную ручку на ее предплечье и продолжила:

– Синяя магия тоже может быть проклятием для тех, кто не умеет ее контролировать. Балорн заставил сурааш зайти слишком далеко, и магия уничтожила их. Его проклятие не отпускает их, бешеных и диких. Они в ловушке своих видений. Они в ловушке боли. – Голос Анерин дрогнул. – Если бы я была на месте Забытых, хотела бы, чтобы ты меня убила.

Руа с силой вцепилась в край кровати – так, что пальцы наверняка побелели. Все это было слишком для нее.

– Расскажи, что ждет меня в будущем, – взмолилась она. – Расскажи, как мне все исправить.

– Если я расскажу, твое будущее изменится, – мягко проговорила Анерин, складывая руки на коленях. – А я не посмею рисковать тем, что Видела.

Руа прикусила губу.

– Вы, ведьмы, чересчур скрытные. Вы же меня погубите!

– Мы все равно тебе нравимся, – ухмыльнулась в ответ Анерин.

Руа посмотрела на синюю ведьму, но не стала больше ничего выпытывать. Она исцелялась от ран. На языке вертелся еще один вопрос, но Руа не стала его задавать. Она не станет очередной фейри, умоляющей синюю ведьму напророчить ей что-то хорошее.

Кроме того, где-то глубоко внутри она уже знала ответ.

Глава семнадцатая

Руа обернулась на крик: она знала, что это Раффиел еще до того, как увидела его. Он стоял, ошеломленно рассматривая рану на животе. Меч пронзил его насквозь, тот, кто стоял позади Раффиела, провернул острие. Убийца ее брата смотрел на Руа темно-зелеными глазами и улыбался.

Балорн.

– Здравствуй, принцесса, – промурлыкал он.

Руа задрожала, но ноги все равно несли ее к нему. Она почувствовала, как губы растягиваются в улыбке, и про себя прокляла свое предательское тело. Руа смотрела, как Балорн вытащил окровавленный меч, а Раффиел рухнул на землю. Балорн посмотрел на Руа и протянул ей руку.

«Боги, нет!» – хотела крикнуть она, но голоса не было. Руа протянула руку и приняла мягкую ладонь Валорна. Он крепко прижал ее к себе, ее руки блуждали по его мускулистому телу. Он смотрел на нее с лукавой, обожающей улыбкой.

Сердце Руа заколотилось в горле, когда он прильнул к ее мягким губам. Балорн захватил ее рот в плен и втянул щеки так, будто пытался поглотить ее душу. Руа застонала, запустила пальцы в его русые волосы и притянула ближе. Она хотела его так сильно, что все нутро пульсировало от желания. Балорн швырнул окровавленный меч на землю и свободной рукой притянул ее бедра к себе. Они целовались, стоя в луже крови ее брата.

Руа подскочила на кровати.