Марк согласно кивнул. В его глазах читалось растущее беспокойство. Смерть одного из ценных сотрудников могла иметь серьёзные последствия для компании, и он, как руководитель, ощущал ответственность за происходящее.

— А вы уверены? Конфликтов не было? Никаких разногласий, даже мелких? — ещё раз поинтересовался Саблин, делая акцент на последнем слове.

Марк покачал головой, его взор устремился куда-то в сторону, он пытался воскресить в памяти все моменты, связанные с погибшей.

— Нет, абсолютно никаких. Марьяна — как лучик света в нашем офисе. Всегда такая позитивная. Даже когда мы работали над трудными проектами, она находила способ подбодрить команду… Я не верю в то, что с ней случилось. Это просто не укладывается в голове!

Следователь сделал ещё пометку в своём блокноте.

— А скажите, вы не замечали… может, Василевская увлекалась чем-то… мистическим? — Саблин подбирал выражения, но не мог придумать, как подоходчивее объяснить увлечения Василевской.

— Не понял, — Марк сделал попытку улыбнуться. — Что вы имеете в виду?

— Ну, оккультные теории, сверхъестественные идеи…

— Книги и фильмы про вампиров и всяких вымышленных существ, — резко вставила Максимова.

— А! Вы об этом, — директор хмыкнул. — Конечно! У нас в компании все подобным увлекаются. Знаете ли, сюжеты наших игр как раз о таком: волшебники, магия, тролли, оборотни, приведения, полно всего. На любой вкус. Ребята читают книги, смотрят фильмы, хотят быть в теме мировых тенденций, и многие, естественно, увлечены этим.

— Увлечены до какой степени? — уточнил следователь. — Переодеваются в персонажей ваших игр?

— Ой, да нет! Что вы! Чисто хобби, никто в реальность не тянет работу.

— Хм, — Саблин прокашлялся. — А как насчёт личной жизни Василевской?

Марк сглотнул, его лоб слегка наморщился.

— М-м-м… У нас в компании не принято лезть в данную тему, мы уважаем личное пространство и границы сотрудников, но насколько я знаю, у неё всё было в порядке. Никаких тревожных сигналов. Марьяна — очень закрытый человек в этом плане, не делилась подробностями. Но это не означает проблемы. Просто она ценила свою приватность, — он глянул на Саблина, а затем на Максимову. — Я правда не понимаю, как подобное произошло! Она была такой… живой. Всегда полной идей, в движении. Мы только недавно обсуждали новый проект, она очень увлеклась им!

Следователь кивнул, продолжая записывать.

— Новый проект… Можете рассказать о нём подробнее? Насколько важна в нём роль Василевской? Имелись ли у неё конкуренты внутри команды, кто мог позавидовать успехам или стремиться занять её место?

Директор помотал головой.

— Конкуренты… В нашей сфере всегда есть место здоровому соперничеству, это двигатель прогресса. Но чтобы до такой степени… Я не представляю… Она один из ключевых сотрудников, но и другие члены команды — профессионалы высокого уровня. Мы работаем как единый механизм, где каждый важен. И никто из них не проявлял агрессии или враждебности по отношению к Марьяне. По крайней мере, я ничего не замечал, — он притих, словно пытаясь уловить в воздухе причины случившегося. — Может быть, дело не в работе?

Саблин отложил блокнот. Он почувствовал, что разговор подходит к логическому завершению, по крайней мере, на данном этапе.

— Мы рассматриваем все версии, Марк. В том числе и не связанные напрямую с вашей компанией. Но место работы и круг общения часто играют не последнюю роль.