— То есть он наблюдал за Ульяной, выяснил, где та живёт, а затем заколол ножом в лифте?

— Да.

Саблин затушил сигарету и уставился в потолок.

— Я согласен, это мог быть Шилов, — закивал Синицын. — Только в рамках моего варианта. После убийства Василевской Фёдор идёт к монастырю и видит Читкову, она же там гуляла. Фёдор понимает: наткнулся на ненужного очевидца, а дальше — выслеживает Ульяну, находит удобный момент, убивает свидетеля.

Следователь нахмурился.

— Читкова не говорила нам, что видела кого-то в ночь убийства. Чтобы быть свидетелем, она должна была узнать мужчину и догадаться о его причастности к делу. Подобное не вяжется с её показаниями. Читкова не контактировала с Шиловым.

— Опять-таки — соврала! — не сдавался Саша. — Или вообще, это Читкова увидела Фёдора, а не он её. Ульяна начала его шантажировать. Вот Шилов и убил. В конце концов, — громко добавил он, — не сто́ит отметать и версию о двух убийствах.

— Что ты имеешь в виду? — Саблин сощурился.

— Ульяну убил кто-то другой и дело не связано с Василевской. Просто совпадение.

— Да, — подтвердила Дина, — по-моему, вполне себе рабочая теория.

Саблин задумался. Какой-то замкнутый круг. Версии лезут, как тараканы, бесконечно и быстро. Вроде бы есть и ниточки, но все ускользают, или они хватаются не за те.

— Идеи у вас хорошие, — сказал он, — но давайте я укажу на ряд несостыковок. Во-первых, дверь, — следователь хмыкнул. — Уж простите меня, но она не даёт мне покоя. Ваши истории не объясняют, почему она была закрыта, как сообщила Читкова, а потом открыта, по показаниям Шилова.

Максимова хотела возразить, но Саблин поднял руку, давая понять: сейчас говорит он.

— Да, оба наших подозреваемых могли соврать про дверь, но… мне так не кажется. На этом и остановимся. Дверь — один из ключевых моментов. Во-вторых, орудие убийства. Преступник должен был либо принести его, либо взять в квартире, — следователь посмотрел на Дину. — Думаешь, Читкова пришла на разговор с Василевской с топором? — майор перевёл взгляд на Синицына. — Или Шилов, собираясь украсть сценарий, захватил как бы на всякий случай тесак? Не уверен. Значит, оружие находилось в квартире Василевской, но тогда где оно? Преступник забрал с собой? Да, допустимо. Но в таком случае на кладбище наш злоумышленник разгуливал бы с топором. Какой-то очень дикий образ получается: в одной руке отрубленная голова, в другой топор!

— Он выбросил топор по дороге, — предположила Дина.

— Нет, ребята Шульца проверили всё вокруг, ничего не найдено.

— Голову и оружие спрятал в пакет.

— Не исключено, — кивнул Саблин. — Но вся картина, которую вы сейчас обрисовали, выглядит для меня с натяжкой. Возьмём Ульяну. Что бы там ни было, но убить, а затем вернуться за головой — это как-то слишком. Для подобного нужно извращённое сознание, или ненависть, или безумие. Читкова не производила впечатления нездорового человека. Касательно Шилова… м-м-м… Совершить преступление, забрать сценарий и голову, а после направиться на кладбище… Ну, тоже так себе история. Кроме того, если бы Ульяна видела мужчину, шныряющего ночью на кладбище, думаю, она сообщила бы нам, когда узнала о смерти Василевской, или понимая, что мы её подозреваем в убийстве.