Шура быстро устроилась на диване, рядом присела Женя. Лев встал неподалёку, у стола, спиной к окну.

— Простите, но что происходит? — вновь поинтересовалась Женя. — Вы можете объяснить?

Следователь выдвинул из-за стола стул и сел.

— Дело в том, — изрёк он, — что мы знаем, кто убил Василевскую.

Максимова и Синицын, стоявшие за спиной майора, удивлённо переглянулись.

— Да, дело раскрыто, — подтвердил Саблин. — И в целях избежания неприятных процедур допроса мы предлагаем виновным сознаться. Сейчас. Поверьте, я понимаю мотивы и причины, толкнувшие на преступление… хм, жизнь — сложная штука, но признание однозначно поможет в дальнейшем. Я даю вам шанс облегчить ситуацию.

В воздухе повисло напряжение. Все притихли. Следователь медленно окинул взором присутствующих, задержав его на Шуре, на Жене и, наконец, на Льве.

— Хорошо, — произнёс он, — тогда давайте начну я. Так всем будет проще.

Глава 55. Среда. 10.45

Саблин сделал паузу, казалось, он взвешивал каждую фразу, прежде чем озвучить её.

— Начнём с того, что вы не любили вашу тётю, — Саблин посмотрел на Льва. — За ней ухаживала мать Павловых, а затем Евгения.

Лев ответил следователю спокойным взглядом, переступив с ноги на ногу.

— Что значит — не любил? Просто редко её навещал, я занятой человек, у меня много проектов по работе, и я…

— Хорошо, — Саблин поднял руку, — допустим. Тем не менее, когда ваша тётя скончалась, квартира досталась вам.

— Ну да, верно. У неё больше никого не было, — с едва заметным внезапно появившимся волнением подтвердил Лев.

— Странно, не правда ли? У женщины нет родственников, всё её имущество по праву переходит единственному племяннику, зачем переживать? Квартира ваша по закону. Однако Людмилу Сергеевну Гречникову убили.

Следователь замолчал. Он услышал, как за его спиной Максимова что-то возбуждённо зашептала Синицыну.

Шура ахнула и прижала ладони к лицу, наблюдая за Гречниковым. Тот побледнел, не моргая, уставившись на Саблина.

— Да. Увы, Людмила Сергеевна умерла не своей смертью, как все утверждали. Она была отравлена, — продолжил майор. — Мы подняли дело, провели повторный анализ заключения эксперта и установили, что в крови покойной находился препарат, показанный людям с сердечно-сосудистыми заболеваниями, но способный в больших дозах вызвать остановку сердца. Вроде бы не подозрительно, многие препараты имеют побочные эффекты, однако в медицинской карте Гречниковой подобного лекарства нет, она его не принимала, но он присутствовал в её организме в момент аутопсии. Учитывая её возраст и болезнь, видимо, на наличие упомянутого медикамента не обратили внимание, ведь никто не предполагал насильственную причину смерти. Мы же не поленились, проверили.

— Боже мой, — пролепетала Женя, — зачем её отравили?

— Зачем — вопрос хороший, — согласился Саблин, — но не менее важный — кто?

Гречников втянул носом воздух.

— Вы думаете, это я? — наконец воскликнул он. — Зачем мне такое делать?

— Квартира, — спокойно пояснил следователь.

Лев нервно рассмеялся.

— Да вы же только что сами сказали: она и так была бы моя! Я идиот, по-вашему?

— Так-то оно так. Квартира действительно досталась бы вам, будь вы более внимательным к вашей тёте. Возвращаясь к началу беседы — вы её не любили, она это чувствовала, и Людмила Сергеевна приняла решение завещать квартиру не безразличному племяннику, а человеку, заботившемуся о ней много лет, — Саблин перевёл взгляд на Евгению.