— Как? — встрепенулась Женя. — Мне?

— Да. Вам. Не надо изображать удивление. Людмила Сергеевна оформила завещание у нотариуса, — на этих словах майор извлёк из кармана пиджака бумаги и положил их на стол.

Максимова узнала их. Именно эти документы ей поручил найти следователь. Нотариуса, к которому могла обратиться Людмила Сергеевна, отыскать получилось быстро, и тот моментально представил проект завещания, составленный Гречниковой.

— На основании этого документа квартира переходит в собственность Евгении Павловой после смерти завещателя.

Шура привстала и взяла бумаги, начав их изучать.

Синицын, уже понимая, к чему идёт дело, прошёл по комнате и встал рядом с Гречниковым. Тот раздражённо и мрачно на него покосился, но с места не сдвинулся.

— Вы убили вашу тётю, — произнёс Саблин, — чтобы квартира не досталась Евгении, обычной соседке, даже не родственнице. Людмила Сергеевна не успела сделать буквально малость — подписать завещание, так как скончалась.

— Какой ужас! Ты знала? — с тревогой в голосе спросила Шура у сестры.

Женя молча смотрела на документ. Её лицо не выражало никаких эмоций.

— Она знала, — сказал Саблин. — Как и Лев. Они оба всё знали. Людмила Сергеевна, видимо, уведомила племянника о своих намерениях, что и послужило причиной её преждевременного ухода. А когда это произошло, Евгения догадалась: смерть пожилой соседки — не случайность. Завещание не подписано, квартира переходит к единственному родственнику. И вы, Лев, приезжали полгода назад сюда не ключи забрать. У вас был конфликт с Евгенией на почве завещания, — он обратился к Жене. — Полагаю, вы шантажировали Гречникова? Угрожали сдать его в полицию?

— Тварь! — процедил сквозь зубы Лев, глядя на Евгению. — Всё из-за тебя! Специально это сделала, хотела оттяпать квартиру! Ходила, втиралась в доверие, лицемерка! Гадина! А тётя повелась! Я сразу догадался, сразу! Охотилась за моим наследством!

— Заткнись! — сорвалась Женя. Она резко выпрямилась и повернулась в сторону Гречникова. — Ты подонок! Убил свою родную тётку! Чтоб тебя посадили на всю жизнь! Тебе всегда было плевать на неё! Ты ждал её смерти! Только деньги и волновали! Если бы я могла доказать, давно сообщила в полицию о тебе!

— Само собой, — прервал перепалку Саблин. — Без доказательств не имело смысла к нам обращаться. Но дело ведь не в этом, так? Не в смерти Людмилы Сергеевны и не в факте её убийства, — он продолжал наблюдать за Евгенией. — Дело в квартире. Вы шантажировали, но никогда не сдали бы Льва, ведь в случае его ареста недвижимость всё равно не достанется вам.

— О чём вы? — всполошился Гречников.

Саблин встал и подошёл к серванту с фотографиями. Взял один из снимков в руки, посмотрел на него секунду, а затем поставил обратно. Все присутствующие молча наблюдали за следователем.

Майор развернулся.

— По правде, я понял всё только вчера. Точнее, начал догадываться, — он усмехнулся. — Хотя главную подсказку вы, Лев, дали мне ещё при первой нашей встрече, но я не обратил на неё внимание. А зря. Да, — Саблин вернулся к стулу, но садиться не стал, а опёрся на спинку руками, — план был шикарным. Идеальным, я бы даже отметил. Не хотите сами рассказать? — обратился он к Евгении.

Глава 56. Среда. 11.30

Гречников опустился на стул, стоявший рядом.

— Что ты сделала? — спросил он, взглянув на Женю.

Женщина сидела, опустив глаза. Казалось, она абсолютно спокойна и не собирается принимать участие в беседе.