- Ты подружился с Его Величеством, да?

Никки пожал плечами.

- Он странный. Он мне сначала не понравился. Он боялся всех вокруг и никого не любил. Но у него забавные собаки. И потом, пока он их мне показывал, я понял, что он, как мама – совсем один. Мне его жалко.

- Жалко? – повторил я изумлённо. – Ты дружишь с ним из жалости?

Никки улыбнулся – как Элиза, когда говорила, что я ничего не понимаю и ничего не знаю. Но Никки… не могло быть у ребёнка такой улыбки.

- Ему плохо без меня, - вздохнул Никки. – Я, пап, знаю, как это – когда плохо. И когда один, - и абсолютно серьёзно добавил: – А вообще, он забавный.

«Ну а чего ты хотел от ребёнка, который умеет читать мысли и которого с младенчества забрали от матери? – поинтересовался на следующее утро Арий. – Элиза тебе не рассказала? Его поселили в замке в горах, заперли и с двух лет заставляли колдовать ради королевы Хелении. Она считала его забавным зверьком, и он, конечно, быстро это понял и научился ей угождать – тогда она разрешала ему иногда выходить во двор – но только одному. Когда Элиза забрала его, он даже разговаривать не умел. Чего же ты ждёшь – что он будет обычным пятилетним мальчишкой?»

Когда, спустя седмицу, я стоял подле трона Валерия и смотрел на вышагивающую впереди свиты королеву Хелению, мне хотелось вырвать ей сердце голыми руками. Каким нужно быть человеком – женщиной! – чтобы так поступить с ребёнком?

- Ах, вот что это за люди, милая Элоиза, что приютили твоего сына, – вместо приветствия расплылась в улыбке королева.

Бледный от напряжения Валерий сжал руку стоящего рядом Никки. Тот слабо улыбнулся: «Всё хорошо».

- Да, Ваше Величество, - прошелестела Элиза – чуть в отдалении от королевы.

Хеления усмехнулась.

- Ясно… А я-то думала, истории о твоих шашнях с де Креси выдумка, - и засмеялась, встретившись со мной взглядом, - впрочем, не удивительно – такой красавчик.

Арий предостерегающе сжал мою руку и благостно улыбнулся королеве.

- Мы рады приветствовать вас, Ваше Величество…

- Не думаю, - перебила Хеления. – тебя, мальчик, воротит от молодцов у меня за спиной. Я не права? – и довольно улыбнулась. – Что, Великая Мать не одобряет подобные вещи?

Честно говоря, ничего странного в её гвардейцах я не видел. А вот рука Ария дрогнула – как и голос, когда он со вздохом произнёс своё обычное:

- Великая Матерь всепрощающа. Да простит она и вас, Хеления.

- Королева Хеления, - царственно подняла голову та. – Королева Запада и ваша – хотите вы это или нет.

- Наш король – Его Величество Валерий Первый, - не выдержал я. - И хотите вы или нет…

- Элоиза, заткни своего любовника.

Я подавился воздухом и замер. Элиза отвела взгляд от меня, снова уставившись в пол.

В тронном зале повисла тяжёлая тишина.

Хеления подошла ближе, улыбнулась, потрепав меня по щеке.

- Так-то лучше. А теперь слушайте мои условия. Я хочу, чтобы Мальтия принесла мне вассальное подданства – сегодня же. Я также хочу, чтобы все серебряные рудники и плантации юга отошли тем, кому я захочу их подарить. И я хочу, чтобы вы распустили армию – она вам больше не нужна. И этот мальчишка на троне вам тоже больше не нужен – избавьтесь от него. Элоиза, милая, можешь отпустить своего любовника – пусть отвечает.

Я наконец-то смог пошевелиться – и выплюнул ей в лицо:

- Да пошла ты!

Хеления усмехнулась. Повернулась к чародейке.

- Элоиза, милая, я передумала: убей этого мальчишку на троне.

Я выхватил меч – как и остальные стражники в зале, – а один из гвардейцев Хелении молнией метнулся к трону. И замер, точно нарвавшись на невидимую преграду.