Управляющий закричал что-то вслед, но кровь слишком громко стучала у меня в ушах. Дверь в нашу с Киарой комнату была приоткрыта.

– Где Киара? – спросила я у Ратбоуна.

Он сидел на краю кровати и разглядывал картину с яблоками на стене.

– С гвардейцами во дворе. – Ратбоун повернулся. – Ну и подняли вы шума. Что произошло?

– Не могу избавиться от чувства, что я во всем виновата.

Бледнокровка изогнул бровь. Я присела рядом и понизила голос, словно собиралась открыть большую тайну. Впрочем, это и был мой секрет.

– Я умыкнула эти карты на ярмарке. Точнее… Я не специально их украла. Просто положила в карман и забыла отдать.

Он хихикнул.

– Так теперь это называется?

– Эй! Правда, я не нарочно.

Я достала из заднего кармана затасканную упаковку с картами. Фиолетовая колода для гадания погнулась и потрепалась по краям. Мальчишка совсем ее не берег.

– Эти карты какие-то ненормальные, – вздрогнула я.

– Ты хочешь сказать, заколдованные?

– Не знаю, чего я ожидала, – грустно улыбнулась я. – Стоило догадаться, что не все тут просто. Они воззвали ко мне.

– Так и скажи, что оправдываешь свою клептоманию!

Ратбоун смеялся и выглядел… живым. Грудную клетку защемило. Когда он вот так по-доброму шутил, а не язвил и издевался, он виделся мне невероятно красивым.

Возможно, именно таким он был до того, как умер. Захотелось, чтобы мы встретились прежде, чем его существование превратилось в это… что бы это ни было. В ходячего мертвеца.

– Когда я почувствовала, что карты у мальчика в кармане, меня охватила неистовая злость. Словно он украл не колоду разрисованных картонок, а мою почку или сердце. Нечто жизненно важное. Понимаешь?

Ратбоун посерьезнел и кивнул.

– Они связаны с тобой.

– Но почему со мной? – удивилась я.

– Это предстоит выяснить.

Я разложила на кровати карты. Одна была краше другой. Вместо привычных героев изображались русалки, голубые горы, разбитые зеркала и покрытая блестками луна. С виду никто бы не подумал, что размалеванные пастельными цветами и несерьезными рисунками карточки для шуточного гадания могли заключать в себе магию. Я решила, что в этом и была их суть.

Затем я увидела его. Компас располагался в центре карты, а окружали его звезды голубого и фиолетового цветов. Они поблескивали слишком по-настоящему – совсем не так, как остальные. Мое сердце забилось чаще.

Неужели мадам Гельмер была права?

С трудом верилось, что я наконец нашла второй предмет из книги. Я подняла глаза, чтобы поделиться радостью с Ратбоуном, но он уже смотрел на меня. Морщинки вокруг глаз. Мы не касались, но он сидел достаточно близко, чтобы я чувствовала тепло его тела.

Тепло его мертвого тела.

– Ну что, показывайте! – распахнула дверь Киара.

Если ее и смутило то, что она застала нас с Ратбоуном, глазеющими друг на друга в тишине, она не подала виду. Как взволнованный ребенок, Киара протянула ручки и зашевелила пальцами.

– Дай мне, дай мне, дай мне!

Я отдала ей карту.

– Он всего лишь нарисован на ней, – разочарованно вздохнула она. – Я думала, это должен быть настоящий компас.

– Я тоже так думала, – сказала я. – Но, может, гадалка ошиблась?

Киара достала книгу и тут же распахнула ее на нужном месте. Теперь я была уверена, что рыжая ведьма тоже часто читала записи Миноса на досуге. Она хотела дойти до конца, в отличие от остальных.

– Нет же, вот, смотри! Написано, что компас должен указывать путь.