– Не без усилий, – мрачно ответил Арнольд.

Случай с воришкой возымел эффект: исчезли мудрые фразы, которые он выдавал периодически, пропало молчаливое спокойствие. Теперь брови Арнольда постоянно были сведены у переносицы, словно боль надолго поселилась во лбу.

Я подошла к Ратбоуну почти вплотную, и он не отстранился.

– А это у тебя с каких пор? – указала я на его лицо.

– Невероятной красоты черты лица? С рождения, – ухмыльнулся бледнокровка.

Я закатила глаза, но немного покраснела. В комнате все-таки было жарко!

– Я имею в виду щетину. Я раньше не замечала.

– Все больше становлюсь похожим на человека, – отстраненно произнес он.

– Жаль только, что спринг-роллы в тебя так и не лезут. Главное упущение! – пошутила я.

Было бы здорово, если бы Ратбоун ожил достаточно, чтобы питать свой организм человеческой едой, а не моей магической энергией. К тому времени я перестала задумываться, как часто он мной питался. Мне это пока не мешало. Усталость и недосып я списывала на поиск артефакта. Или я просто привыкла к своему паразиту.

– Да уж… жаль. – Взгляд Ратбоуна помрачнел.

Каким-то образом я умудрилась испортить настроение уже двоих людей в этой комнате. К тому времени Моррисон отрезал ножом щепку у края стола.

– Они сопротивлялись или вы просто украли стол среди ночи? – тихо спросила я у Ратбоуна.

Он поджал губы и коротко ответил:

– Сопротивлялись.

В его взгляде промелькнул ужас.

Тут я заметила, что штаны Ратбоуна были испачканы в крови. И спина Арнольда тоже. Я нервно сглотнула, моля небеса, что чьи-то раны оказались не зря. Не зря для мира магии, во всяком случае.

Все выжидающе на меня посмотрели. Я взяла у Моррисона нож и щепку размером с толстую булавку. Ран на теле у меня не нашлось, но их всегда можно было нанести. Я вытерла нож о футболку и приставила лезвие к ладони.

Никто другой не вызвался.

– Я не очень-то и человек, вдруг на мне не сработает? – открестился Ратбоун.

С дрожащим вздохом я полоснула себя по ладони, удостоверившись, что полившаяся кровь впитывалась в подол футболки. После ткань следовало сжечь. Отныне я до ужаса боялась, что моя кровь попадет в чужие руки.

– Согласно инструкциям, ты должна ввести его под кожу, – напомнила Киара.

Как будто об этой важной – и болезненной – детали можно было забыть.

Я воткнула край щепы в кожу на ладони рядом с раной, и она вошла внутрь, как иголка. Мое шипение было единственным звуком в комнате. Не отрывая глаз, все смотрели на мою рану, в которой уже остановилась кровь.

Эффект не был мгновенным, и на добрые десять-пятнадцать секунд мы потеряли веру в то, что нам улыбнулась удача. Что мне повезло с первого раза.

– Может, надо воткнуть поглубже… – начала Киара, но я ее перебила.

– Ах! Смотри!

Рана и в самом деле стала понемногу затягиваться. Сперва стали сужаться ее края, а затем порез и вовсе превратилась в царапину. Чем больше времени проходило, тем меньше она становилась. На все ушло около десяти минут, но и это было магически быстро. Даже шрама не осталось.

Триумф поглотил меня. Мы добыли все три элемента до Равноденствия и успеем выполнить ритуал в самый пик магической энергии Меридиана. Как только разделаюсь с этим, отнесу Империальную звезду Миносу, и он обеспечит освобождение моей мамы.

Совсем скоро мы воссоединимся.

Я расплакалась. Сначала это были слезы радости, надежды и облегчения, но затем эти чувства сменила тревога.

Путешествие в Меридиан пролетело перед глазами. Что будет после возвращения мамы? Смогу ли я вернуться в Винбрук и продолжить жить, как жила раньше? Возможно ли это вообще? Я не хотела переезжать к Ратбоуну в Дом крови, да и не была ведьмой крови.