Самый плохой – я вернусь ни с чем, и Минос сделает меня рабыней в подвале особняка. Запрет, как мать Ратбоуна, ведь, что-то мне подсказывало, он не прощает ошибки. А еще у него моя кровь, с помощью которой мною можно управлять. Уверена, у короля найдется, чем занять молодую девушку до конца ее дней. Никто не будет меня искать, потому что мама в тюрьме, а Аклис думает, что я переехала жить на юг, не попрощавшись. Она обидится на какое-то время, а потом и вовсе забудет про нашу дружбу.

Я снова кусала ногти. Кожа на большом пальце начала кровоточить впервые с тех пор, как мы нашли карманные часы в лавке Амалы. Живот заурчал, когда я вспомнила жуков на салате в том ресторане, где мы ели в тот день. Ненормальная реакция организма… Я переключилась на более приятные воспоминания о «Закусочной Барнарда». Старик Барнард готовил невероятные бургеры. Сейчас я бы многое отдала, чтобы вернуться в то время, предупредить маму об аресте и забрать ее с собой на юг. Я бы исчезла с лица земли, если это означало бы, что мы с мамой оказались бы в безопасности.

Я смахнула слезы и вернулась к поиску ответов. Второй стеллаж тоже не дал ничего полезного. Затея оказалась глупой, потому что в гостиницах на острове останавливались обычные туристы, которые не знали о настоящей магии. Мне попалась одна книга по гаданию, но нигде не упоминалось взятие у вопрошающего крови, а следовательно, это было обычное шарлатанство.

Затем я заметила символы на корешке одной из книг на верхней полке. Некоторые из них показались похожими на магические, и, кажется, именно на этот том я обратила внимание, когда впервые приходила сюда. Я взяла его с полки и прошлась пальцами по глянцевой обложке. Это была книга рецептов, а символы кто-то нацарапал от руки.

Я поднесла титульную страницу под свет лампы на столе в надежде, что найду спрятанное послание, написанное тайными чернилами. Ничего. Я продолжила с досадой листать книгу. Пусто. Одни рецепты и картинки с едой. Эти символы на корешке, вероятно, не значили ничего важного. Я отбросила томик на стол, и он поднял слой пыли с поверхности. В носу защекотало.

И в этот момент из книги вылетел лист. Выглядел он так, словно его вырвали из другого места: тончайшая бумага желтоватого цвета заметно отличалась от бумаги в книге. Красной ручкой поверх текста на листе были изображены символы на магическом языке, и мое сердце забилось чаще. Дрожащими руками я направила на него свет. Символы формировали круг, и некоторые из них показались мне знакомыми.

– Но откуда? – произнесла я и вздрогнула от звука собственного голоса.

Перевернув листок, я обнаружила там изображение.

Дерево. То самое дерево.

Я стала расхаживать по библиотеке, покусывая ноготь. Отвратительная привычка, но только так мой мозг мог сфокусироваться. Когда один палец начинал кровоточить, я переходила на другой. Где же я видела эти надписи?

– Вспоминай, Мора, ну же! – прошептала себе под нос я.

Опять и опять, как пациентка психиатрической больницы, я подбирала бумагу и разглядывала один и тот же рисунок. Нет, это точно было оно. Каково счастье? Я чувствовала, что находилась в одном шаге от разгадки, и это сводило меня с ума. Еще два часа я сидела, перебирая в уме каждый проведенный в Меридиане день и припоминая любое место, мимо которого мы проходили. Даже принесла книгу Миноса и сравнила текст про дерево с этим символами. Не совпало.

Небо начало светать. Губы расплылись в улыбке – не то чтобы меня что-то рассмешило, просто я осознала свой триумф.

Я сорвалась с места и взбежала по лестнице, наделав достаточно шума, чтобы разбудить всех постояльцев. Но мне нужно было срочно сообщить ей. Счет велся на часы.

День осеннего Равноденствия настал. Меридиан скоро начнется готовиться к празднику, и я впервые почувствовала на душе радость.