Так что я расстался с Ли, сел в экипаж и поехал, наконец, к чинушам. Думаю, даже эти сволочи не смогут сегодня испортить мне настроение.

Оказалось, что Моровскому казалось. Никаких препон никто чинить нам не собирался. Нужна была только моя подпись на некоторых документах от «Русского медика». Процесс передачи городу активов – дело небыстрое. Пока найдут денежку, да примут всё на баланс, определят финансирование, а потом еще и выделят – времени пройдет более чем достаточно. Хоть бы к началу следующего года успели.

И назад. Сегодня уже в Питер точно не успеваю, спешить некуда. Можно и приятным заняться. И для себя, и для окружающих. Вот, по дороге кстати – и винная лавка, и кондитерская рядышком, дверь в дверь. Сейчас мигом доставочку организуем. Есть что праздновать.

Во дворе скорой я из экипажа почти выпрыгнул и быстрым шагом отправился в кабинет. Навстречу попалась Вика. Поджидала, что ли? Слишком уж кстати выскочила из двери, чуть не сбил.

– Послушай, мне надо…

– Потом всё, Виктория Августовна! Некогда сейчас! Кстати, Антонова, Моровского – ко мне, срочно. Весь персонал лаборатории, который можно без вреда для процесса освободить – через двадцать минут в конференц-зале.

– А я?

– Тоже с Моровским заходи. Давай-давай, быстренько!

Девицу Талль мне точно удалось удивить. Помчалась, ни слова не сказав. Что она сейчас думает, бегая по лестнице, даже представить не могу. Или она думала, я тут начну изображать рыцаря печального образа? Как бы не так! У нас тут праздник со спонтанной пьянкой намечается. Не до сантиментов.

Пока вызванные сотрудники добирались до моего кабинета, я Должикову парочку ценных указаний дал. Чтобы если не красиво получилось, то хоть попытка была. Глядя на его деятельность, подумал, что надо бы его с собой в Питер забрать. Таких спецов беречь надо. И хоть скорую я люблю, но свой комфорт мне дороже. Ладно, потом поговорим. Вдруг он сам не захочет.

Первым примчался Слава.

– Вызывали? – выдохнул он, тяжело дыша.

Запыхался, лицо красное, пот на лбу выступил. Молодой еще, а уже пара этажей препятствие. Бегать надо, а не пироги с мясом трескать. После студенческой полуголодной жизни никак наесться не может. Вот окрутит его лаборантка Аня, обладательница необъятного тыла, так и будут кататься два колобка.

– Давай, садись, ждем остальных, – сказал я и продолжил изучать те самые приказы, что подготовил секретарь.

Вика пришла вместе с графом. Что же, начнем.

– Вацлав Адамович, – произнес я строгим официальным голосом, – ознакомьтесь, пожалуйста, с приказом и поставьте подпись.

Тут я достал из черного кожаного бювара лист бумаги и подвинул Моровскому. Тот взял и начал читать.

– Что это? – спросил он через несколько секунд. – Как это «освободить от должности старшего врача»? За что? Ведь мы… Евгений Александрович! Я же… всю душу!

Ого, побледнел, как бы в обморок от переживаний не хлопнулся. Во как близко к сердцу принимает мужик! От расстройства мозг выключился – он даже не подумал, с какой радости тут в кабинете еще куча народу сидит.

– Подписывайте, эмоции потом, – подпустил я металла в голос.

Еще немного, и у графа зубы раскрошатся. Ничего, пусть потерпит. Даже не думал, что у меня старший врач такие эмоции проявлять будет. Моровский взял ручку и аккуратно вывел под моим автографом «Ознакомленъ», подкрепив это дело кривоватой подписью.

– И еще один приказ заодно.

Я медленно достал из бювара второй лист, посмотрел еще раз, затягивая время, и пододвинул Вацлаву.