– Следил за ней, что ли?

– Как можно, барин, – деланно удивился Жиган. – Я же ей вещи помогал перевозить! Она мне и полтину дала потом, за беспокойство, значит. А за лохматым этим присмотрел маленько. Но без вашего разрешения трогать его не стал. Тем более он помогает в лаборатории…

– Разузнай про ее любовника. Долги, внебрачные дети, что угодно.

– Может, красного петуха ему в ателье закинуть?

– Ни в коем случае! Мы чтим Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Уясни себе навсегда! – Тут я вспомнил про англичан, тяжело вздохнул. – Ну, почти чтим.

– Ага, понял… – Жиган почесался в шевелюре и весь новый шарм мигом спал. Передо мной был тот же самый здоровяк-поджигатель. Только немного пообтесавшийся.

– Людей в охрану нанял?

– Пока удалось троих. Двух унтеров-отставников. И одного бывшего городового. Тубина. Вот насчет него у меня подозрение…

– Какое?

– Не засланный ли он к нам?

– Кем?

И тут я вспомнил разговор с Зубатовым. Мол, без внимания нас не оставят, любая скорая помощь – кладезь оперативной информации по городу. Мы первые видим подозрительные раны, криминальные трупы, опрашиваем родственников и соседей…

Надо на врачебной конференции еще раз накрутить докторов, чтобы сразу отчитывались по всем странным случаям. Форму, что ли, какую официальную завести?

– Ну властями… Ходит, все вынюхивает. Я уже хотел его прогнать.

– Ни в коем случае!

– Это почему же?

– Лучше известный шпик, чем неизвестный. Наоборот, повысь его до своего товарища, пусть будет рядом.

– Ну и задачки вы ставите, Евгений Александрович.

– Отправишь его со мной в Питер, присмотрюсь к нему тоже.

* * *

Только собрался к чиновному люду, ведь это была основная причина моего приезда – и снова-здорово. Начальник лабораторий и примыкающих к ним помещений пожаловал, господин Антонов.

– Вот, смотрите, получилось! – закричал он с порога, размахивая какой-то пробиркой. К счастью, закрытой.

– Проходи, Слава, рассказывай, что тут у тебя, – попытался я сбить митинговый настрой спокойным тоном.

– Получили препарат! С нужными свойствами, Евгений Александрович! Вот, смотрите! На кроликах работает отлично!

Ничего выдающегося в пробирке я не увидел. Желтовато-серая субстанция, не очень много. Примерно как в американской инструкции.

– Но? – Я так и не дождался неизбежного добавления о незначительных препятствиях и вынужден был подстегнуть рассказ.

– Нестабильное вещество, – вздохнул Слава. – Держится сутки, а после – всё… И методика для промышленного производства…

– Ты сначала получи лекарство, про заводы с фабриками потом думать будем. Ты писал Романовскому о трудностях?

– Не-е-ет…

– А я тебя с ним зачем знакомил? Я говорил, что Дмитрий Леонидович теперь с нами работает?

– Просто я думал…

– Что лавры делить ни с кем не хочется. Слава, получим задуманное, хватит на всех. На результат работаем! Ордена потом раздавать будем! Тебе обещаю самый большой!

Я задумался. Испытать хочется, но как? Фигачить пенициллин на весь курс лечения в непрерывном режиме? Дозировка там мизерная. Буквально единицы. Считали мы по самому первому стандарту – убитый круг культуры стафилококка диаметром двадцать четыре миллиметра и есть та самая единица.