– Нет. Малышев доложил, что фельдшер работать не в состоянии, а его на вызов сразу послали. Там гипертонический криз, – подхалимски ввернул термин моего авторства граф. – Решили колоть раствор магнезии внутривенно. А попасть не могут. Родственники уже по стенам бегают, но в больницу не соглашаются, кровопускание отвергают. Доктор и говорит: есть специалист, уколет, только он немного выпивший. Те уже в крик: давайте хоть кого. Послали свою же карету, притащили Пеккалу…

– Уколол? – спросил я, не сомневаясь в ответе.

Урхо – гениальный внутривенный укольщик. С первого раза в любую вену. Наверное, если придется, и на бегу произведет манипуляцию. Такого специалиста с работы гнать нельзя. Моровский это знает, вот поэтому и спрашивает совета. Правда, сложным образом.

– Говорят, подвели, усадили на стул. Он только спросил, кого колоть и сколько по времени вводить. Малышев сказал, что пять минут. Чухонец за столько и ввел, а потом упал на пол и захрапел.

– Давление снизили?

– Да, потом телеграфировали, благодарили.

Вдруг в кабинет без предупреждения забежал Малышев.

– Евгений Александрович, не выгоняйте Урхо! У него сестра от дифтерии умерла!

– Здравствуйте, Андрей Германович. Рад, что вы принимаете мой кабинет за проходной двор. Не подскажете, сколько у нас штраф за нарушение дисциплины?

– Три рубля. Я заплачу, не жалко… – пробормотал доктор. – Случайно услышал. Я за сотрудника… Он же там…

– Вацлав Адамович, штраф за пьянку десять рублей?

– Именно так, – жизнерадостно воскликнул старший врач. Понял, гад, что ответственность за решение спихнуть получилось.

– С Пеккалы – пять. Половину спишем за помощь на вызове. Довольны, Андрей Германович?

Только вышли от меня Моровский с Малышевым, сразу Чириков зашел. Вот он дисциплину не нарушает, всегда аккуратно стучит, хотя я и предоставил ему право входить без доклада в любое время.

– Здравствуйте, Евгений Александрович. Рад видеть вас в добром здравии.

– Здравствуйте, Федор Ильич. Проходите. Что у вас?

– Текущие вопросы, ничего срочного. Я только хотел узнать, что делать с квартирой, которую занимала Виктория Августовна? Вы оставите ее за собой, или мы будем сдавать ее?

Глава 11

Газета «Новое время».

«Юморъ.

Врачебные совѣты.

1. Не слѣдуетъ спать на лѣвомъ боку: это стѣсняетъ сердце.

2. Нельзя спать на правомъ боку: это тяжело для печени.

3. Вредно спать на животѣ: это сдавливаетъ грудную клетку и мѣшаетъ правильному дыханiю легкихъ.

4. Слѣдуетъ избѣгать спать на спинѣ: это дурно отзывается на почкахъ и на центральной нервной системѣ.

5. Спать сидя – большая неосторожность: неестественное положенiе тѣла не даетъ настоящаго отдыха, часто даже утомляетъ.

Соблюдая эти пять совѣтовъ относительно сна, вы всегда будете здоровы тѣломъ и бодры духомъ».

Стоило мне услышать о том, что Вика меня бросила, тут-то меня и накрыло. Перед глазами упало красное забрало, я скрежетнул зубами. Руки сами зашарили по столу, натолкнулись на утренние газеты. Что за бред там пишут!

– А… Виктория, получается, съехала, никого не предупредив? – спросил я, чуть не дав петуха, но вовремя закашлялся.

Директор на меня удивленно посмотрел:

– А вы и не знали?

– Не знал!

Чириков наклонился ко мне, сочувствующим голосом произнес:

– На третий день после вашего отъезда. Вещи вывезла, но частично. Живет-с невенчанная с фотографом… – Директор вытащил из кармана платок, вытер лоб.