— Что? Оплата с отсрочкой? Да они что, уху ели? Скажи им, пусть купят рыбу! Да нет, не для ухи, блин… Зачем? Сейчас объясню! Пусть купят рыбу, отрежут ей голову и этой голове выносят мозг! Да! А мне не надо. Все, у меня люди.

Шеф с треском захлопнул крышку телефона и вопросительно посмотрел на Глеба.

— Ну?

Как всегда, он был безупречно элегантен — не человек, а ожившая картинка из журнала «Бизнес и карьера». Глеб сразу оценил и модный костюм из экологически чистого льна с легким эффектом помятости, и небрежно повязанный шейный платок, обозначающий принадлежность к творческой, даже богемной тусовке, и туфли ручной работы из мягчайшей итальянской кожи…

Но неожиданно для себя самого он вдруг заметил и другое — красноватые прожилки на лице, мешки под глазами… А главное — неизвестно откуда появившееся выражение усталости и безнадеги.

Шефа стало жалко. Глеб вдруг почувствовал, как нелегко ему поддерживать этот образ вечного плейбоя, успешного бизнесмена и баловня судьбы — и знать о том, что жизнь впустую растрачена на шампуни и прокладки, а своего, настоящего фильма ему уже не снять никогда. Разве что захватывающий триллер из жизни микробов, окопавшихся под ободком унитаза… Можно сколько угодно хорохориться, играя роль самца-молодца, менять очередную Оленьку на Катеньку, светиться на всех модных тусовках, но ведь себя-то не обманешь! Потому, наверное, он так часто напивается в одиночку, а потом бывает раздражительным и злым по утрам…

Глеб молча протянул ему листок. Он ожидал разноса, но шеф пробежал текст глазами и довольно хмыкнул.

— Нормально! Прокатит. Так и надо — просто, доступно, по-рабоче-крестьянски.

Глеб давным-давно позабыл об этой истории, но сейчас, оказавшись лицом к лицу с плодами своего труда, вдруг почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Парень все еще распевал, и его голос резал ухо каждой фальшивой нотой. Будто железом по стеклу… Острой иглой кольнула противная мысль: «А сам-то ты чем лучше? Дорогие шлюхи презирают дешевых потаскух у Трех вокзалов, но всем, в сущности, одна цена. Да пропади он пропадом, этот магазин!»

Подумав так, Глеб бросил свою тележку и быстрым шагом направился к выходу.

Домой он вернулся в отвратительном настроении. Ко всему прочему, пришлось довольно долго простоять в пробке… Глеб злился из-за того, что бездарно потратил столько времени, устал как черт, так ничего и не купил, но главное — на душе было погано. Впервые он почувствовал себя так, будто потерял что-то очень важное и дорогое, а теперь вернуть его никак не возможно.

Глеб кое-как припарковался во дворе (хотя обычно этого и не делал, ставил машину на платную стоянку) и почти бегом направился домой. Сейчас ему срочно нужно было успокоиться, прийти в себя… Где-то у него должна оставаться одна тщательно припрятанная доза!

И сейчас она ему просто необходима.

Он вихрем ворвался в квартиру, хлопнул дверью так, что задрожали старые, хлипкие оконные рамы, и принялся за поиски. Черт, ну где же он? Маленький бумажный пакетик с белым порошком был для него сейчас дороже всех сокровищ мира! Глеб знал, конечно, что хранить дома кокаин небезопасно, и потому постарался запрятать его в надежное, потайное место…

Вспомнить бы только, где оно!

Глеб старательно перерыл свой письменный стол, книжные полки, ящики секретера. На пол полетели какие-то бумаги, квитанции, счета, книги… Он стоял среди полного разгрома, усталый, злой и совершенно обескураженный.

Заветный пакетик словно испарился!

Он окинул комнату тоскливым взглядом и вдруг заметил, что между столом и книжным шкафом что-то белеет! Уже почти не надеясь, Глеб опустился на колени и сунул руку в щель, потянул…

Фу ты, черт! Опять не повезло.