– Женщиной, на которой собирался жениться Бо Джонсон, была Мод Александер, оперная певица и наследница весомого состояния. Она была внучкой Тадеуша Морли и дочерью Рудольфа Александера. Морли и Александеры встали в один ряд с такими фамилиями, как Рокфеллеры, Вандербильты и Карнеги в Нью-Йорке, – информирует своих слушателей Барри Грей.

– Могущественные люди, – соглашается Бенни.

– И они не проявляли интереса к этой песне?

– Нет, мистер Грей, она не вызвала у них интереса.

Глава 13

Дьявол на пороге

Квартира Эстер была по площади сопоставима с квартирой отца, но проживало в ней шесть человек. Мани и Элвина дома не было, а Ли Отис слушал радио и одновременно просматривал газеты. Когда мы вошли, паренек тотчас же вскочил на ноги и начал мне показывать свои таблицы.

– Они крутят нас почти столько же, сколько артистов из первой десятки! Мы с ребятами слушаем поочередно. Сейчас моя очередь. И крутят нас не только в Нью-Йорке. У WABC имеются дочерние станции по всей стране, в ночные часы они ретранслируют ток-шоу Барри Грея на пятидесяти площадках. Дядя Росс сказал, что «Ни одного парня» пустили в эфир даже в Филадельфии. А еще мы разговаривали с родственниками в Бостоне. У них ее тоже крутили. А у мамы есть сестра в Монтгомери. Она сказала, что прослушала ее на прошлой неделе два раза, но так и не наслушалась.

Глория и Арки Майн смотрели маленький телевизор; Глория параллельно гладила. Едва мы переступили порог, как Арки выключил телевизор, а она отставила утюг. Глория была в тапочках и светло-розовом платье, прикрытом фартуком, но на ее шее висела нитка жемчуга, а щеки были подрумянены. Похоже, она чуть ранее ходила в церковь. При виде меня женщина явно испытала замешательство, ее руки в смятении скользили по фартуку. Эстер сохраняла хладнокровие. Она невозмутимо встала рядом со мной. И как бы мне ни хотелось, уйти я не смог.

– Мы поговорим обо всем этом позднее, – мягко прервала брата девушка. – Нам с Бенни нужно перекинуться парой слов с мамой. Прямо сейчас.

– Примите мои соболезнования, Бенни, – застенчиво пробормотал паренек. – Ваш отец был славным.

– Спасибо, Ли Отис.

Арки Майн велел сыну надеть куртку.

– Пойдем-ка, сынок, прогуляемся до кафе. Мне захотелось съесть кусочек пирога. А ты можешь взять с собой книжку.

– Но у меня же есть пирог, Арки, – возразила Глория. И, уже отчаявшись, добавила: – Вам не нужно уходить из дома.

– Угости им мистера Ламента. Он наш гость, – мягко сказал Арки. – Мы вернемся через час. Лучше покончить со всем этим, Глория. Время пришло. – Арки кивнул мне, чмокнул жену в щеку и, проходя мимо Эстер, похлопал ее по плечу.

Ли Отис спорить не стал. Но, последовав к выходу за отцом, бросил на сестру обеспокоенный взгляд.

– Что все это значит, Эстер? – опустилась на диван Глория.

Она так ни разу и не посмотрела в мою сторону. Эстер присела рядом с ней – вытянутая, как струна, словно чужая в собственном доме. В попытке хоть как-то дистанцироваться я присел на стул, освобожденный ее братом. Меня терзали жалость к Глории и страх за Эстер. Лучше бы я ушел с Ли Отисом и Арки!

– Ты все прекрасно понимаешь, мама. У меня вопрос: кто еще об этом знает? Арки, безусловно, в курсе. А мои братья? Ребята знают, что на самом деле они мне не братья?

– Что ты несешь! – вскричала Глория.

Эстер показала ей фотографию. Но стоило Глории потянуться за снимком, как Эстер вмиг отдернула руку.

– Я хочу, чтобы ты мне сказала, кто эта женщина.

Глория обхватила себя руками и взмолилась о помощи.